Проиграем?

Ловко выдергивает из-под меня простыню и ей же накрывает меня. Смотрит на меня странно, я же, выдержав его взгляд всего пару секунд, закрываю глаза.

– Почему не смотришь на меня? – неожиданно произносит он."

"– Потому что мне стыдно, – спустя несколько секунд совершенно не своим голосом отвечаю я.

– За что?

– За то, что мне понравилось, – открываю глаза и перевожу взгляд на неподвижно стоящего Зорина.

– Спи, – тихо бросает он и направляется к выходу.

Затем резко останавливается и возвращается к кровати. Забирает бокал и бутылку с оставшимся вином и, не смотря на меня, выходит из спальни, прикрыв за собой дверь.

***

Нехотя разлепляю глаза под громкий собачий лай. Несмотря на отсутствия света в и невозможность нормально сфокусировать взгляд из-за того, что все плывет, я понимаю, что в спальне я все же одна. Собачий лай шел не отсюда. На автомате тянусь к ночнику и неуверенной рукой нажимаю на кнопку.

Картинки вчерашнего вечера проносятся одна за другой. Боль в висках и дикая жажда – ничто, по сравнению со жгучим стыдом.

Невероятным усилием я заставляю себя встать с кровати. Натягиваю на себя свитер и под непрекращающийся лай, выхожу из комнаты. И стоило мне только войти в гостиную, как взгляд тут же упал на следы крови на полу.

Глава 7

От вида крови к горлу подкатила волна тошноты. Никогда за собой такого не наблюдала. Скорее всего дело в ранее выпитом алкоголе. Голова не работает совсем, но я все же догадалась пойти на собачий лай, правда уже не такой частый и громкий. Распахиваю шире приоткрытую дверь ванной.

Зорин сидит на коленях и пытается зафиксировать вырывающегося пса. Последний, судя по следам на теле, и есть источник крови.

– Проснулась, – не спрашивает, скорее констатирует Зорин, повернувшись в мою сторону.

– Что случилось? – прохожу на ватных ногах вперед.

– Неудачно погуляли.

– Его покусали?

– Да.

– Это же опасно, надо в ветеринарку. Бешенство же может быть.

– Да, конечно, надо сейчас бояться бешенства. Не беси меня, а? – зло бросает Зорин, а еще недавно был Лешей.

А сейчас… Козлеша. – Он боится врачей, – зачем-то поясняет он. – На кой черт мне еще больше вводить его в стресс? Я сам в состоянии зашить ему рану. Раз проснулась, тогда помоги мне.

– Я не умею зашивать, – первое, что приходит на ум, ибо правда не умею. – Нас на хирургии не учили. Ну точнее, как бы учили, но занятия вел молодой врач и особо ничего не показывал. Мы только на операции ходили и типа смотрели, на самом деле там даже видно ничего не было.