Проиграем?

Откидываю голову на спинку дивана и пытаюсь заснуть. Но сна ни в одном глазу, как ни считай овечек.

Услышав звонок в дверь, я подскакиваю вместе с Гришей и подлетаю в коридор.

– Я тебя просил приплетать сюда Соболева? – с порога бросает Леша, скидывая с себя обувь.

– Я хотела как лучше.

– Я взрослый мальчик и сам в состоянии разобраться со своими проблемами, Женя.

Зорин на ходу скидывает с себя футболку и направляется в ванную. Идти вслед за ним не решаюсь. Из душа он вышел достаточно быстро. Так хочется его о многом спросить, но не решаюсь.

"– Ты только не злись и не вставай сразу в позу, чтобы побесить меня, – неожиданно произносит он, как только залпом выпивает содержимое бокала.

– Ты о чем?

– Сходи, пожалуйста, к гинекологу, пусть он подберет тебе таблетки, – удивительно мягким голосом просит, а не требует как обычно Леша. И да, в любом другом случае я бы его побесила, но не сейчас.

– Ладно, – соглашаюсь я.

– И это все? Так просто? – усмехнувшись, произносит он, налив очередную порцию.

– Не хочу тебя бесить сейчас.

– Почему?

– Потому что мне тебя жалко.

– Жалко? – удивленно вскидывает бровь. – Меня никто не посадит, успокойся. Да, с ментами неприятно иметь дело, но не так уж и страшно. Я ж его не грохнул, ничего мне не припаяют, – вновь выпивает залпом содержимое бокала. – Зато он сядет.

– Я не про это.

– А про что? – ставит бокал на журнальный столик. Молчу, не зная, что сказать.

– Хочешь я тебя… поглажу?

– Погладишь?

– Ага. Голову. Ну типа массаж.

– Хочу, – усмехнувшись, произносит Леша и уже в следующий момент его голова оказывается на моих ногах.

Аккуратно прикасаюсь к его лбу и начинаю почти невесомо проводить кончиками пальцев. Постепенно перехожу на волосы, чувствуя, как он расслабляется.

– Так что там про жалость, Жень?

– Я знаю, что твоя дочка пропала с детской площадки и твоей жены не было рядом.

– Да, – задумчиво произносит Леша. – В это время она была со своим московским ебарем. Именно в этот момент ему в очередной раз приспичило приехать в наш городок и присунуть моей жене. Мы тогда жили не в нашем Мухосранске и не в Питере. Видимо, ей было не с кем оставить Машу.

– И что было дальше с девочкой? – вот зачем я это спрашиваю?! И себе делаю хуже, и ему.

– Да я и сам не знаю. Просто сухие факты судмедэкспертизы.