Император Пограничья 5

Для нас обоих.

Я кивнул:

— Разумно.

— К слову, — собеседник наклонился вперёд, — поскольку солидная часть охраны из «Золотой подковы» будет направлена в карьер для подготовки засады, трактир станет практически беззащитен. Если бы вы хотели нанести удар, обыскать помещение, допросить оставшихся… момент весьма удачный.

Предложение было здравым, но меня больше интересовала другая цель. Я позволил себе лёгкую улыбку:

— Ценная информация, но я не собираюсь игнорировать столь удачную возможность смахнуть с доски фигуры тех, кто зажился на этом свете.

В карьере можно без помех устроить шумное представление. К тому же там будет сам Еремей — слишком ценный язык, чтобы его упускать.

— И вас не пугают те маги? Вероятная засада?..

— Ни капли.

Я заметил, как в глазах Родиона промелькнуло что-то, похожее на уважение.

— Прямой подход, — задумчиво произнёс он. — В наше время редкость.

— Перед лицом абсолютной силы любые хитрости теряют смысл, — ответил я фразой, которая когда-то была моим девизом в прошлой жизни.

— Готовь информацию о Кабане. Перетряхни хоть весь город, но достать мне его адрес. Когда вернусь, обсудим детали твоего нового положения.

— Если вернётесь, — с лёгкой иронией подметил Коршунов.

— О, я вернусь, — улыбнулся я, и улыбка вышла не слишком дружелюбной. — Не сомневайся в этом.

Выходя из скромной комнаты бывшего разведчика, я чувствовал уверенность. До ночной встречи в карьере оставалось достаточно времени, чтобы хорошо подготовиться.

А что касается моего нового знакомого… в нём определённо чувствовался потенциал.

Я уважал людей, сумевших выжить после предательства. Они редко повторяют ошибки и поздно ложатся спать. Именно таких соратников я ценил больше всего, когда был королём.

Если Коршунов сдержит слово, то станет ценным приобретением для Угрюма. Разведка и контрразведка — именно те сферы, которые требовали усиления перед лицом назревающих конфликтов с двумя князьями.

Глава 7

Полночная тишина давила на барабанные перепонки.

Я стоял в центре старого карьера за Восточными воротами Сергиева Посада, рассматривая окружающий меня лунный пейзаж.

Заброшенный гранитный карьер напоминал рану в земле — глубокая чаша с отвесными стенами, поросшими редким кустарником. Сверху склоны окаймляла чёрная стена соснового леса, создавая недобрый силуэт на фоне звёздного неба.

Дно карьера покрывал мелкий щебень, блестящий в холодном лунном свете. В некоторых местах виднелись остатки ржавой вагонетки и инструментов.