Император Пограничья 8

Без еды мы продержимся против Бездушных не дольше недели, какими бы высокими ни были наши стены.

* * *Иуда почувствовал опасность раньше, чем девушка у раздачи успела что-то предпринять. Годы воровской жизни научили его распознавать угрозу по едва уловимым признакам — напряжению в плечах, особому прищуру глаз, движению руки к поясу. Он небрежно почесал затылок, развернулся и неспешно пошёл прочь, словно вспомнил о неотложном деле.

— Эй, ты чего? — зашипел Митька, но месмерист дёрнул его за рукав.

— Шевелись, дурак.

Они растворились в толпе, петляя между бараками. Иуда краем глаза заметил, как девушка от раздачи обернулась им вслед, попытавшись разглядеть, но преследовать не стала. Пронесло. На площади дежурили двое дружинников, но воры прошли мимо них с самым безмятежным видом — просто двое беженцев, спешащих по своим делам.

Работать в остроге полагалось всем, но Иуда с Митькой освоили искусство уклонения до совершенства. Честный труд они презирали с детства — удел овец, которые гнут спину за копейки, пока умные люди берут своё хитростью и смелостью.

Утром месмерист подходил к бригадиру, ловил его взгляд и внушал: «Мы уже отметились». Если это не срабатывало, они просто меняли бригады каждые пару дней, представляясь новичками — в хаосе регулярных атак и боевых тревог никто не следил за конкретными лицами.

Иногда «Ульян» изображал хромоту, опираясь на палку, или надрывно кашлял, сплёвывая слюну, подкрашенную соком свёклы. Сердобольные бригадиры отправляли «больного» отлёживаться.

За лишний паёк можно было найти какого-нибудь оголодавшего беднягу, готового отработать чужую смену. А во время атак Бездушных, когда все бежали на стены, они забивались в самый дальний подвал, а потом выползали, рассказывая, как героически таскали ящики с патронами или помогали раненым.

Несколько часов после инцидента на раздаче они отсиживались в бараке, обсуждая недавний инцидент. Митька нервничал, предлагал затаиться на пару дней, но Иуда только усмехался. Карточки так и осталась неиспользованными, а в животе урчало от голода. К ночи терпение лопнуло.

— Хватит трястись, — решил глава их небольшой, но дружной шайки. — Пойдём прямо к источнику. Амбары.

— С ума сошёл? Там охрана!

— Я знаю, что делаю.