Император Пограничья 2

Один из сгустков пламени врезался в соломенную крышу амбара. Тот мгновенно вспыхнул, озарив площадь зловещим оранжевым светом. Языки пламени жадно лизали сухое дерево, распространяясь с пугающей скоростью. Другой диск рассёк деревянный колодезный сруб, расщепив его на куски.

Каждое промахнувшееся или отражённое заклинание оставляло после себя разрушения — выжженные борозды в земле, расколотые брёвна частокола, разбитые окна в ближайших домах. Воздух наполнился запахом горящего дерева и сена, едким дымом и магической озоновой свежестью.

Прохор вновь переключился в наступление, комбинируя физические удары с короткими заклинаниями. Заставив Химеру отклониться от очередного выпада, он тут же метнул Каменный клинок, который с треском разнёс защиту оппонента. Не давая ему опомниться, воевода оказался рядом с монстром, нанося серию молниеносных ударов саблей.

Лезвие взрезало воздух, оставив на груди Химеры глубокую рубленую рану. Чёрная кровь брызнула на снег, а щупальца, высунувшиеся из-под рубашки, полетели наземь.

— Не так просто, как детей мучить, верно, погань? — прошипел Платонов.

Василиса наблюдала за сценой, балансируя на грани сознания. Никогда прежде она не видела такого совершенного объединения магии и фехтования. В академии их учили специализироваться — либо боевая магия, либо физическое оружие. Но Прохор сломал все привычные рамки, создав свой собственный, смертоносно эффективный стиль.

— Танцуешь хорошо, — прохрипел Химера, зажимая раны. — Посмотрим, как ты справишься с этим!

Воздух вокруг него потемнел и начал закручиваться спиралью. Василиса похолодела, узнав подготовку к Сумрачному кольцу — мощной атаке по площади, которая расходится от мага концентрическими волнами, сметая всё на своём пути.

Прохор оценил ситуацию мгновенно. Вместо того чтобы отступить, он одним усилием воли создал перед собой Каменный заслон.

Василиса инстинктивно прикрыла лицо руками, ожидая взрыва, но каменный щит принял на себя основной удар, разлетевшись на осколки.

Волна энергии частично прошла мимо каменного заслона Платонова, срезав угол ближайшего дома и снеся прочь телегу. Одна из них, перевернувшись, врезалась в курятник, из которого с истошным кудахтаньем вырвалась испуганная курица.