Иллюзия дара

Хотя перец как раз не трава. Может, в этом и дело?

— Кес, давно хочу тебя спросить, — начала я издалека, попробовав первый кусочек восхитительной запеченной на огне белой рыбы и убедившись, что она приправлена только солью. — Почему вы почти не употребляете специй? Мёд не в счет.

Лорд вздохнул.

— Не напоминай. Я уже столько раз просил кухарку не класть мед во все, что выходит из сковородок и кастрюль, но она неумолима. Полезно, говорит, и вкусно.

— Но когда у нас гостил брат Каллум, я точно чувствовала в еде перец! — воскликнула я.

— Есть. И стоит как годовой запас зерна, — поморщился Кестер. — Нам его подарил один гость, целый мешочек. Горсть где-то. Отец ему жизнь спас, тот и отплатил как мог. Уже года три храним, кухарка употребляет только после разрешения моей матери. У нее в комнате, кстати, и хранится. Вместе с украшениями.

Я фыркнула и только потом поняла, что он не шутил. Да, если чёрные зернышки стоят столько, сколько он обрисовал, это же небольшое состояние. Уж точно не дешевле кольца с брильянтом.

— Ладно, перец дорогой. Вычеркиваем. Но что-то другое же можно добавить? Петрушку, майоран, орегано, мало ли что еще в мясе хорошо звучит?

С каждым произнесенным названием лицо Кестера вытягивалось все больше.

— Это, наверное, травы из твоего мира? — вежливо уточнил он. — Не уверен, что они здесь растут. По крайней мере, я никогда не слышал подобных названий.

Действительно. Я приуныла. Кто сказал, что все травы обоих миров идентичны? Может, здесь и правда ничего полезного не растёт.

Приободрившись таким образом, я отщипнула румяный бок сдобной булки. Здесь явно не нуждались в зерне — хлеба положили чуть ли не больше, чем еды.

"— Мы надолго в столице? — снова завела я разговор. Если мы уезжаем завтра, нет смысла покупать обновки. В нашем медвежье-медовом углу они мне не пригодятся, а запасные штаны и на месте сошьют.

— На пару дней, наверное. А что? — Кестер благоговейно откусывал от куска белого хлеба, даже ничем его не намазав. Вот она, разница в питании. Здесь, наверное, мед — экзотика и дорогое удовольствие, а на севере, где мало полей, хлеб — настоящий деликатес.