Иллюзия дара

Лично мне это кажется как-то важнее правильного реверанса."

"Кестер, кстати, со мной не согласился.

— Мы, скорее всего, поедем в столицу через месяц. Я не могу так просто отправить моих людей, не проводив. Так не принято. И тебе придется поехать со мной.

— Что значит придется? — насторожилась я. Лорд вздохнул. Начал уже потихоньку осознавать, что со мной нужно обращаться не как с нормальными, привычными ему подчиненными. Все объясни, обоснуй и докажи.

— Подобных мобилизаций раньше не проводили, поэтому особого регламента нет.

Ничего себе заявочки! Тут и до бунта недалеко.

— Я говорю тебе это все, потому что ты посланница Богинь, а значит, беспристрастна, — пояснил лорд в ответ на мой изумленный взгляд. — Ты не побежишь тут же докладывать о моем скрытом неповиновении. Ведь так?

В глазах лорда на мгновение мелькнуло что-то уязвимое и даже местами затравленное. Похоже, он представил себе на секунду, что ошибся и я уже несусь доносить о его мысленном мятеже куда следует.

Даже интересно, куда следует в таких случаях доносить?

— Кес, я не буду рассказывать никому о твоих взглядах на жизнь, и, кстати, прости меня за ту глупость, что я ляпнула за ужином про фейри. Я просто не понимала, до какой степени тебя подставляю, — покаянно вздохнула я. — И вполне разделяю твоё недоверие как к жрецам, так и ко всей этой затее с мобилизацией. Больше скажу, я очень хотела бы попасть в столицу, мне как-никак тур по Храмовой библиотеке обещали.

— Ты вовсе не бесхозная, если я правильно понял смысл этого слова, — вскинулся лорд, — а моя невеста. Институт брака священен — так повелели Богини, и даже жрецы не смеют пойти против четко и ясно высказанной воли Великих.

Мне показалось, что по комнате пронёсся прохладный ветерок, и я поежилась.

— Ты моя невеста, а значит, теперь входишь в род Дугласов. У нас много друзей в столице, пусть последнее время я и редко выбираюсь, но матушка в своё время почти по полгода проводила на Центральных Островах. Если ты переживаешь за свои манеры — она успеет тебе все объяснить, время еще есть. Я лично научу тебя читать и писать, — продолжал соблазнять меня Кестер.