Игры героев

Справа от прилавка стоял манекен человека, слева – орка, оба при оружии. Я повернулся к орку. Кочевник, одетый примерно так же, как гноллы, охраняющие повозку с гордой эльфой. Штаны из шкур, меховая куртка, набор ножей с деревянными рукоятками, в колчане за спиной лук. В руках короткий меч и плетеный треугольный щит. Хорошо манекен сделали, реалистично. Будто восковая фигура, только откуда ей тут взяться?

Хозяин на стуле пошевелился, закинул ногу на ногу. Сюда не доносились звуки с площади, и глухая тишина лавки начинала угнетать.

– А в городе орков совсем не видно, – заметил я, чтобы хоть что-то сказать, и вопросительно посмотрел на Думара.

Тот воззрился на меня как на идиота и процедил:

– Ясное дело. После Войны Полумесяцев любому орку, что в городе объявится, всунут кол в задницу, пронесут по улицам, а потом оторвут башку и съедят мозги.

Во как. Ладненько, запомним. Я спросил, подняв бровь:

– Так этот орк один из тех… с колом в заднице?

И лишь когда сказал, вспомнил предупреждения Хатбора о том, что с оружейником шутить не надо.

– Это свирепый Магал из Кулака Бертанов. Я зарубил его в Год Грифона и набил чучело, чтоб без дела не пропадал.

Я оторопело уставился на хозяина. Ведь не шутит! Из натурального орка чучело набил. Так, а не пора ли сваливать отсюда? Вон у него с другой стороны человек стоит – тоже чучело?! Уважаемый мастер Думар, судя по словам, произнесенным им вчера вечером на площади, всяких там человеков не сильно жалует.

Решив не паниковать, я отстегнул от ремня ножны, бросил на прилавок, достал из них меч и положил рядом.

– Оценить хочу. Сколько это стоит?

Думар склонился над оружием. Провел ладонью по рукояти, просунул два пальца под перекладину и приподнял. Меч, качнувшись, завалился клинком вниз, уперся концом в камень.

– Плоховат клинок. Два золотых.

– Два золотых? Отдаю должное изяществу вашего чувства юмора, мастер Думар. Он же заговоренный, смотрите.

Я взял меч, махнул в воздухе – за клинком расплылся сероватый след. Припомнив характеристики в меню, добавил:

– Урон знатный наносит, прочность немалая. Еще это… теплокровных особливо хорошо разит.

– Магия! – процедил Думар.