Тест на отцовство

Бросаю взгляд на прописку. Они переехали после... По старому адресу я ее не нашел.

Запоминаю новый адрес.

Юля, возмущённо выдергивает из моих рук бланки. Отходит на несколько шагов.

Пальцы Степана тыкают в кнопки. Дёргают рычажки.

- А это можно? - периодически уточняет он.

Стоя напротив киваю, докуривая сигарету.

- Лобовуху помой мне.

- Как?

Объясняю ему, как включить дворники.

Прикусив язык, Степаха, довольный как слон, играется с тачкой. Фонтаны воды бегут по лобовому стеклу, дворники то ускоряются, то замедляются.

Юля недовольно и тревожно смотрит в нашу сторону, разговаривая со страховым агентом.

Хочется демонстративно доказывать ей, что мы бы поладили с ее сыном. Чтобы она сейчас увидела это. И пожалела о том, что приняла тогда такое решение.

Глупо? Глупо…

Беда в том, что ни одного содержательного разговора у нас тогда не состоялось. Я был оскорблен! Мне хотелось ее срочно кем-то стереть. Так же как внезапно и глубоко я утонул в ней, также хотелось и вынырнуть.

Зависнув взглядом на ее лице, выпадаю из реальности.

Как я скучаю...

- А это можно? - крутится Степаха, потеряв что-то между сиденьями.

- Можно... - киваю.

Ручник, Чадов!!

- Эй, стоп!

Но, нажав на кнопку, он уже всем весом налегает на ручной тормоз.

- Блять.

Здесь уклон!

Тюк... Хрясь.

Ровнехонько в фару. Заебись!

Ну чо, Чадов, показал какой ты охерительный батя? Рукалицо просто! Десять минут за пацаном не усмотрел.

Юля и страховой агент переводят на меня шокированные взгляды. Покаянно развожу руками.

- Ой.

Да как он снял то ее с ручника?! Бандит...

Стёпка испуганно вжимает голову в плечи.

- Не дрейфь, Степаха, это я виноват. Не ты. Подвинься ка...

Опять отгоняю на метр тачку, ставлю на ручник.

- Вот эту штуку никогда не трогай. Ручной тормоз. Ручник. Снимешь, тачка поедет.

Юля подходит со стороны пассажирского сиденья, открывает дверь.

- Стёпа, быстро в нашу машину.

- Ну, мам!

- Давай-давай... - за руку вытаскивает его.

- Юль, ну пусть играет, чего ты?

- Чадов, лучше молчи.