Игра в кубики

 – И чем же, позвольте полюбопытствовать, простой автослесарь может помочь следователю?

– Алексей Максимович, а давайте сделаем так, – решительно сказала Полина, понимая, что надо сразу объяснить ему суть и пресечь попытки упражняться в остроумии, – я излагаю вам суть дела – кратко, разумеется, а вы, как бывший оперативник, стараетесь выложить мне ту информацию, которая у вас есть по делу об убийствах на водочном заводе. И мы вместе попробуем понять, есть ли связь у нынешнего убийцы с теми, кто действовал тогда. Идет?

Чумаченко слегка растерялся, это было видно по чуть опустившимся уголкам губ и немного растерянному выражению лица.

Но он быстро овладел собой и уже серьезно сказал:

– Да, извините, привычка. Чаю хотите?

– Не откажусь, – улыбнулась Полина, поняв, что лед тронулся.

Чумаченко приволок откуда-то из глубины ангара небольшой столик, из навесного шкафчика вынул две кружки и сахарницу, принес большой старенький термос с таким крепко заваренным чаем, что у Полины от первого же глотка заскребло в горле.

– Так почему же вы решили, что нынешний убийца связан с заводом? – усевшись напротив Полины на раскладной стульчик, спросил Чумаченко.

– Все пострадавшие – родственники Ивана Пострельцева, владельца акций водочного завода. Других жертв нет.

– Тю… тоже мне – выводы. Это может быть простым совпадением.

– Я так не думаю. Это было бы совпадением, если у жертв был бы какой-то другой общий признак, кроме фамилии. Но его нет. Зато есть брат, дочь и сын Пострельцева.

– Все равно не факт.

Но Пострельцев, тут вы правы, действительно в девяностых имел отношение к заводу и по делам об убийствах проходил, однако там что-то такое произошло, и никаких доказательств в деле неожиданно не осталось. Пожар в прокуратуре, – криво усмехнулся он. – Ну, вы ведь понимаете, как тогда все подобное решалось? Ну, вот… Потом он вообще из страны уехал, а объявился здесь уже в конце нулевых, открыл сеть алкомаркетов. Про акции не скажу, не знаю, но, скорее всего, он их еще тогда успел перевести на кого-то другого, а вернувшись, восстановил, так сказать, справедливость. Но я не уверен, что остался кто-то, кто мстит ему теперь. Его подельники мертвы давно. Похоже, вы ищете не там, хотя не скрою, ваша версия очень даже интересная.

– Почему дела засекретили?

– Подумайте хорошенько, – Чумаченко закатил глаза к потолку и указательным пальцем сделал несколько движений вверх-вниз. – Так понятно?

– Так понятно, – вздохнула Полина, ощутив разочарование почти на вкус.