Игра в кубики

И следов крови на трупах не было.

«Значит, их действительно сперва убили, потом уничтожили все следы… хотя одежда… не голыми же он их резал? – думала Полина, шагая по аллее от автобусной остановки к дому. – Ну, допустим, девушку еще можно как-то в эту схему уложить, в мужчину средних лет? Но рука-то явно одна и та же… Если моя версия с квартирой верна, то, опять-таки, мужчина не укладывается в схему в прямом и в переносном смысле – если убийца – тоже мужчина, то как он его в квартиру заманивал? Чем? Зайченко сказал, что могла быть и женщина.

А что, запросто – если хирург, допустим. Но тогда – девушку куда? Черт бы побрал этих психов, никогда в их логике не разберешься. Надо еще заказать экспертизу на предмет наличия препаратов в крови – я только снотворным могу объяснить то, что один из трупов – мужской. А какой кайф резать обездвиженное тело тогда? Горите в аду, граждане психи…»

В квартире было тихо, только в самой глубине, в кухне, шумела вода – очевидно, Лев мыл посуду после ужина.

Полина сбросила ботинки и пальто, сунула ноги в мягкие тапочки и, кинув сумку на полку, прошла в ванную и быстро переоделась в висевший там халат. Одежду сразу сунула в машинку – не могла отделаться от мысли о том, что и блузка, и юбка пропитались запахами морга.

Лев никак не отреагировал на ее появление, даже не поздоровался, продолжая надраивать до блеска дно глубокой сковороды.

Полина закурила, налила себе чаю, бросила ломтик лимона, сделала глоток и поморщилась. Муж по-прежнему молчал, только вода шумела да жесткая губка ожесточенно скребла дно сковороды.

«Мы никогда не были такими чужими, как сейчас, – вдруг с тоской подумала Полина, глядя в затылок мывшего посуду мужа и ощущая, как Лев раздражен. – Мы настолько чужие, что даже странно – что вообще мы делаем в одной квартире, как ложимся в одну постель?»

И тут она осознала, что вот уже несколько дней Лев спит на диване, а она, оказывается, этого даже не заметила.

– Лёва… у тебя кто-то есть? – хриплым от ужаса голосом выдавила Полина, боясь, что сейчас получит на свой прямой вопрос не менее прямой ответ.

– Что? – удивленно повернулся к ней муж, и с его руки на пол капнула пена от моющего средства.