Игра в кубики

Вика потрясенно молчала, у нее даже немного приоткрылся рот, а глаза сделались огромными, как два наполненных водой блюдца, и влага вот-вот грозила вылиться на щеки.

– Этого не может быть… – прошептала она.

– Мне жаль. Но, к сожалению, такова реальность. Ваш отец владел акциями завода на паях с двумя своими друзьями, ему принадлежало тридцать пять процентов акций. Это и было причиной убийства.

– Погодите… я ничего вообще не понимаю… – жалобно проговорила Вика, сжав виски пальцами. – Никогда не слышала ничего подобного… мама Света ведь этого не знала, правда? – она с надеждой посмотрела на следователя, ожидая подтверждения, но та покачала головой:

– Увы, Виктория Павловна, Светлана Александровна прекрасно знала, чем занимался ее брат.

– Каких?!

– Вас тоже могли убить.

Вика уронила голову на стол и заплакала.

– Можно мне назад, в камеру? – жалким голосом попросила она.

– Конечно.

Следователь нажала кнопку, вызывая конвой, и Вика вновь оказалась в камере, где легла на нары и прорыдала до самого утра.

Журналист

Ему снился дом. Не своя квартира, которую он приобрел несколько лет назад, а родительская, которую до сих пор считал домом. Прекрасное расположение, исторический центр Москвы, Ордынский тупик – за возможность жить там люди до сих пор были готовы отдавать огромные деньги, баснословные, граничащие с безумием.

Отцу квартира досталась от родителей, чудом уцелевших во времена репрессий. Дед – крупный ученый, медик, прошел войну, много сделал для развития медицинской науки. В доме была огромная медицинская библиотека, сотни редких книг в старинных изданиях, некоторые еще с «ятями», с прекрасными иллюстрациями и непонятными латинскими терминами.

Маленький Борис очень любил рассматривать их, бережно перелистывая пожелтевшие страницы. Деда Борис не знал – тот умер еще до его рождения, но его портрет всегда висел в кабинете отца, и Борису казалось, что пожилой мужчина с острой старомодной бородкой и смешным пенсне пристально наблюдает за тем, как он, семилетний, забирается в отцовское кресло с очередным томом медицинской энциклопедии.

Отец, вопреки желанию деда, врачом не стал, зато был хорошим экономистом, на волне перестройки сделавшим неплохую карьеру в банковской сфере, а затем попав и в правительственные круги.