Игра не для слабых: Дорога на юг

— Так витиевато меня каблуком ещё не называли, — хмыкнул я, пытаясь рассмотреть себя в старое, замызганное зеркальце. Зрелище, конечно, вышло гомерическое. Суровый вояка, с обезображенным шрамами лицом, колючим взглядом серых глаз и копной чёрных, давненько немытых волос, собранных в конский хвост. И при этом ярком, цветастом халате, больше напоминающим банный или домашний, нежели какую-то парадную одежду. Для полноты образа не хватало только таких-же желтых шлёпок и полотенца на руке. Интересно, я именно так и буду выглядеть, когда выйду на пенсию? Хотя, какая там в жопе «пенсия».

— Все мы немножко в них превращаемся, когда влюбляемся, — пожал плечами Вернон, — Пойдем уже, если ты закончил.

— Точно не хочешь примерить? Смотри, — я кивнул на койку, — Тут ещё и красный и зелёный есть.

— Нет уж, спасибо, — покачал головой некромант, — Но роль Алерайского шейха меня совсем не прельщает. Я лучше останусь скромным лекарем, который иногда прибегает к наиболее радикальным способам врачевания.

Я невольно улыбнулся. Шутка получилась неплохая. Да и чёрт возьми, была, конечно, в этом своеобразная ирония. Лекарь, который настолько хорош, что и «мёртвого на ноги поставит». Главное самому не попадать на стол к такому в качестве умирающего. Если, конечно, не горишь желанием превратиться в зомби.

Мы отправились обратно. Тела на полу в коридоре уже не было. От него осталась лишь тёмно-алая лужа и кровавые разводы, ведущие обратно на палубу. Должно быть кто-то из солдат выволок его, пока мы копались в вещах колдуна.

— Осторожнее, мать твою! Если побьёшь бутылки, я тебе их осколки в жопу затолкаю. Эдрин, бери вон тот тюк и тащи его на борт Буцефала. Остин — на тебе пеньковый канат. Ну давайте, шевелитесь, а не то мы тут до завтрашнего утра провозимся."

"— Похоже, корабль уже начали потрошить, — ухмыльнулся Вернон, — Сейчас будут снимать и сдирать с него всё, что можно снять или содрать.

— А не разумнее ли его в таком виде довести в порт и кому-нибудь там продать? — задумчиво протянул я, мысленно пытаясь прикинуть, сколько может стоить целая посудина.

— Это ты лучше с бароном обсуди, — хмыкнул лекарь, выбираясь на палубу, — А мне пора лечить раненных, — немного помолчал и многозначительно добавил, — И ставить на ноги тех, кто сам уже не может ходить.