Игра не для слабых: Дорога на юг

Потом уже кто-то заметил, что через наши южные границы ходит довольно много подозрительных личностей, ничем внешне не отличавшихся от северян. Разве что лёгким акцентом при разговоре.

— Те самые похищенные дети, — бросила Айлин, поправляя растрепавшиеся волосы.

— Верно, — кивнул барон, — Эти суки натравили на нас наших собственных детей. А когда правда всплыла, они даже не стали отпираться. Их султан провозгласил, мол, рано или поздно, но мы освободим весь юг от тирании Эйденвальда любыми средствами и любыми способами.

Ну да, — губы Байрана тронула презрительная ухмылка, — А заодно и ото всех людей, его населяющих. Кража детей, угон людей в рабство, отравленные колодцы и истязания мирных жителей — лишь меньшая часть того дерьма, что они здесь творили. Что же до детей — вскоре они их похитили достаточно, чтобы использовать их не только как шпионов, но и начать формировать из них летучие отряды и даже целые пехотные полки. Их называют Арнычарами. И это самые жестокие и безжалостные войны из тех, кого мне доводилось видеть, — Байран ненадолго замолчал, наблюдая за дозорным, вылетевшим из-за поворота. Солдат гнал лошадь во весь опор прямо к нам. Трёх других бойцов головного дозора нигде видно не было.

Я поднял правый кулак вверх, и передняя телега тут же встала. Солдаты начали спрыгивать с повозок и хвататься за мечи, не сводя взгляда со взмыленного дозорного. Над ладонью Айлин начали легонько приплясывать огненные искорки.

— Так что, твои теории о том, что где-то там за хребтом тоже есть люди, может,и хороши.

Но по эту сторону хребта людей среди Алерайцев я не встречал, — закончил свою мысль барон, рывком поправив перевязь меча.

— Товарищ командир! — солдат подлетел к нам и рванул поводья лошади на себя. Та взбрыкнула, резко затормозив, а затем встала на дыбы, попытавшись сбросить наездника. Солдат с трудом удержался в седле. Отдышался и, глядя на меня, выдавил из пересохшей глотки лишь одно слово: «Остранд».

— Что «Остранд»? — не выдержал барон, — Докладывай, солдат, живо!

— Его… Нет, — боец, которого звали, — Одрик, вытер вспотевший лоб тыльной стороной ладони и слегка поёрзал в седле.

С верховой ездой у всего отряда были проблемы, — Сожжён дотла. Там только трупы, пепелище и дикие собаки.

— Враги? Выжившие? — спросил я, покосившись на барона. Ему было лучше знать, что делать в подобных ситуациях. Но Байран пока выглядел внешне спокойным. А значит, и мне дёргаться не пристало.