Язва на полставки

На меня внимания не обращается даже скользящего. И правда, ну девка и девка? Мало что ль он тут таких видит. Проходим дальше и через тяжёлые алые портьеры попадаем в главный зал.

Точно кабаре. Ну, в смысле общая стилистика выдержана в духе парижских богемных кабаков. Приглушённые оттенки, много драпировки, позолоты и струящиеся занавесы, собранные из блестящих стекляшек. Такие, которые устраивают перезвон, когда через них проходишь.

Замечаю выполненную с юмористическим оттенком табличку о том, что заведение имеет характер исключительно увеселительного мероприятия и не оказывает интим-услуг.

— Что, правда не оказывает? — интересуюсь с сомнением.

— Разумеется, оказывает, — отмахивается Игнатенко, словно я чушь полнейшую сморозила. — Но всё добровольно, по согласию девушек.

— И часто они соглашаются?

— Чаще, чем думаешь. Прибыль неплохая. За пару ночей можно месячный оклад перекрыть.

— Какая… мерзость, — кривлюсь, с трудом сдерживаясь, чтобы не поинтересоваться: а пользовался ли он этими услугами? Должны же быть плюшки у сотрудников? Скидки, счастливые часы, «две по цене одной» там? Брр… Нет.

Не хочу об этом думать.

— Побудь здесь. Мне надо всунуть взятку одной ушлой морде. Налей себе чего, если хочешь. Всё, что видишь в баре — можешь брать, — просят меня и скрываются в глубине зала. Туда, где за очередными звякающими занавесками плутает узкий коридор.

Остаюсь одна, но к барной стойке не спешу. Вместо этого осматриваюсь, впитывая новую информацию. Абсолютно безлюдный зал без окон и звенящая тишина.

Насколько тихо, что слышно, как жужжат светодиодные подсветки под потолком. Стулья подняты на круглые столики и задраны ножками вверх. Подиумы с шестами пусты, а точечные споты у барной зоны возле стеклянной витрины с алкоголем окрашивают помещение в интимный полумрак. Прикольно. Я в таких местах в принципе прежде не бывала, а уж во время закрытия…

— Ну а чё? Всегда хотела попробовать, — убеждаю саму себя и пока никто не видит запрыгиваю на узкую сценку.

Холодный металл вертикальной балки приветливо обжигает ладонь.

И как стриптизёрши на нём крутятся? Да ещё так пластично, сексуально, даже с достоинством. Некоторые такое выделывают, что диву даёшься. Красиво преподать себя ведь уметь надо. Не каждой дано. Со мной точно без вариантов. По грациозности меня перещеголяет и беременная бегемотиха.

Ржу сама с себя, заканчивая тупые попытки повыделываться.

— Нет. Это явно не моя т… — замолкаю, натыкаясь взглядом на не пойми откуда взявшегося Демьяна. Ой.