Ягодка опять (СИ)

Как-то, когда маньяк мой пребывает не в самом скверном настроении, спрашиваю его, как он себе представляет процесс родовспоможения.

— Ведь, если я буду рожать прямо здесь, принимать ребенка придется вам. Или вы все-таки рассчитываете привлечь специалиста?

Только щерится, сволочь. Чем же ему все-таки так сильно насолил Александр Тургенев?.. Ведь если мой похититель готов на подобные крайности, чтобы отомстить «Сашке», это должно быть ответом на какую-то не менее кошмарную дикость, которая была совершена по отношению к нему.

Хотя, что я понимаю в маньяках? А то, что этот тип — маньяк первостатейный, плакатный я бы сказала, факт несомненный. Если у него нет железных когтей на одной из рук и он не носит шляпу, еще не означает, что он лучше Фредди Крюгера… Отчетливо понимаю это в тот момент, когда ему приходит в голову развлечь меня рассказами с своих прошлых деяниях. О том, как он похищал, насиловал, а потом убивал женщин, на которых имел неосторожность обратить свое внимание Александр Тургенев.

— Здесь ты четвертая.

А вообще пятая. Одну случайно убил раньше, чем приволок сюда. Уж больно шустрая была. Но после последней большой перерыв был. Сначала-то он не поверил, что я действительно убивать стану. Так потерял первую. Потом, когда вторая у него появилась, решил, что сильнее, сможет уберечь ее от меня. И снова потерял. Потом еще одна была. Тоже как ты беременная. Правда, когда сюда попала, сразу мне сказала, что от другого залетела, а Сашке наврала, что от него, чтобы женился он. Замуж за него ей, дуре, очень уж хотелось… Родила тут. Сделали анализ. А там и правда — ничего общего. Даже какое-то время думал не отправлять результат ему. Если б он думал, что сгубил собственного ребенка, ему бы больнее ведь было бы. Но потом все-таки отправил с трупиком в одной посылке. Очень уж прикольно было над ним поиздеваться. Что поверил он бабе, которая ему рога наставила. А ее знаешь, даже отпустил. Шлюха, она и есть шлюха. Что с нее взять? Но у нее видно что-то с мозгами случилось. Потом все равно на себя руки наложила… Прямо у Сашки под окнами на дереве повесилась. Я был доволен. Еще лучше получилось все. Ну потом еще две… Тоже развлекли меня…

Господи, какой кошмар! Какой дикий ужасный кошмар! Бедные замученные ни за что ни про что женщины. И бедный, бедный мой Саша. Что бы он ни сделал когда-то этому уроду, расплатился он за это такой страшной ценой, что даже думать об этом и то невозможно, невыносимо, страшно… Теперь понятно, откуда его боль, его недоверие.