Я злодейка в дораме

Может пока не отказывать, а самой, попытаться понять, есть ли у нее против меня какие-то улики, кроме ее собственных слов?

Например, попросить Мейлин пойти в ту таверну и осторожно поспрашивать, показав мой портрет, видел ли меня кто? В тот день там было столько посетителей, что возможно меня никто и не запомнил. И тогда любые ее угрозы будут моим словом, против ее. Доказательств у нее не будет.

А за одно не плохо было бы показать портрет Ифей в доме удовольствий. Вдруг покупательницу книги кто-нибудь запомнил? Что бы и у меня против нее были встреченные улики.

В родном мире, я совершенно не привыкла к тому, чтобы искать в поведении людей двойное дно, и теперь противостоять чужим интригам было не просто.

Но в одном Ифей была права. Если она переспит с Цин Фаном, мы обе будем в выигрыше. Сюжет кардинально поменяется, и у меня будет больше шансов выжить.

— Хорошо, я тебе помогу. На этот раз. Но ты останешься мне должна.

Ифей вскинула бровь, на лице расплылась улыбка.

— Я знала, что на тебя можно положиться, А-Лу.

Глава 21

Самое жалкое во всей этой ситуации было не то, что Вей Лун ощущал себя обманутым. В конце концов, он с самого начала знал, какая Лю Луань стерва. Знал и целенаправленно шел мстить ей за потерю единственного дорогого для него человека. он сам дал ей себя обмануть. Сам в этом виноват. Самое жалкое было то, что сегодня, когда он увидел ее в саду рядом с заклинателем, на миг ощутил предательское желание продолжать обманываться дальше. Это было настолько иррационально, что вызывало лютую ненависть.

Хорошо, что император предложил повышение. Да, теперь будет труднее до нее добраться, но у него уже было столько возможностей убить ее, а он упустил их только потому, что размяк.

Следующий шанс он обязательно не упустит."

"Лю Шень сидит на высоком троне, кроме него в зале всего пара евнухов — видимо, разговор предстоит конфиденциальный.

Вей Лун встает на колени и опускает голову в пол, приветствуя императора.

— Встань, — взмахивает тот рукой. — Мне сообщили, что ты уже оправился от наказания и можешь исполнять свои обязанности.

— Да, Ваше Величество. Служить Вашей семье — честь для этого стража.

Главное — добавить в голос побольше смирения и говорить о себе в третьем лице.

— Похвально, — холодно отвечает Лю Шень. — Как и то, что ты взял на себя вину, чтобы защитить мою дочь.