Я знаю, на что ты смотришь

Но сейчас… Это пламя меня не опаляет, оно только лишь греет и обнимает.

Ловлю ее губы, притягивая Еву к себе за шею. Поцелуй, как переливание боли. Из нее в меня и обратно. Наши чувства смешиваются и растворяются друг в друге, очищая путь удовольствию и желанному забвению."

"Целую ее шею, ощущая соль на языке и губах. Морская ведьма, но я так сильно хочу ее, что мне уже насрать на все предрассудки. Ева поднимает бедра, сжимая в руках доказательство моего желания и направляет его в себя. Сжимает внутренними мышцами, медленно опускаясь.

— Да… — нежно стонет она, царапая мои плечи.

Наше слияние, точно море. Сначала плавные покачивания на волнах головокружительного удовольствия, но постепенно мы наращиваем высоту и силу. Все больше и чаще. Мои губы везде, руками сжимаю тонкую талию, но вскоре этого становится катастрофически мало.

Опрокидываю ведьмочку на спину, нависая сверху. Теперь только я контролирую каждый толчок. Слежу за реакцией Евы, как ей нравится больше, а как меньше. Пытаюсь уловить малейшие колебания в ее стонах, чтобы нащупать ту самую зону, что отвечает за форматирование памяти, пусть и всего на несколько секунд.

— Максим! Я…

Она выгибается дугой, сжимаясь вокруг меня так сильно, что я едва не кончаю, но умудряюсь сдержаться.

— Дамы вперед, — хриплю я.

— Вот спасибо, — язвит Ева в полустоне.

Наклоняю голову к ее груди, провожу языком по соску и сжимаю его зубами. Ева обхватывает мою голову и кричит, царапая затылок и шею. Я все еще пытаюсь ее понять, но, кажется, уже нашел все нужные для начала кнопки.

Звонкий голос Евы отражается от скалы и уносится в море. Еще пара движений для продления полета, и я едва успеваю выйти из нее, прежде чем кончаю сам. У меня звенит в ушах. Дыхание, словно после троеборья. По спине катятся капли пота.

Это было охренительно!

Ева и правда похожа на стихию, которая ненадолго своевольно покоряется тебе, делая таким счастливым, что после хочется только повторять это без перерыва.

Я схожу с ума.

Заражен.

Проклят.

Убит!

И мне это так нравится, что нет, ни страха, ни сожалений.

Правда, эйфория длится совсем недолго…

Взгляд фокусируется на ее лице, и меня пронзает мечом, лезвие проходит точно между ребер, а потом проворачивается, ломая их ко всем чертям!

Ева плачет… Так горько и обессиленно. В ее глазах глубокая ненависть и ужас, словно я только что заставил ее все это сделать силой.

Не понимаю, что происходит. Губы не слушаются. Язык тоже.