Я выбираю быть твоей

Во-первых потому, что иначе организм матери отторгнет плод, а во-вторых, так женщина перестает быть только донором и может беспрепятственно принимать энергию своего связанного, чтобы их общей силы хватило ребёнку для развития.

Голос Жозелин звучит отстранённо, но я улавливаю какую-то царапающую меня нотку. Почему-то кажется что эта тема для неё… даже не неприятна, а болезненна. Но она продолжает и по лицу абсолютно ничего прочесть не получается. Говорит о том, что дети куардов рождаются уже наделённые силой.

И что, чем сильнее родители, тем сильнее малыш, и его воспитание — огромная ответственность. Что куарды своих детей берегут, как зеницу ока, но и требуют с них многое. Из этого всего получается, что такого явления, как беспризорные дети, у куардов вообще не должно быть. Слишком уж всё в этом мире зависит от силы. И распределение власти и рождение детей. А я вспоминаю боль, от которой очнулась вчера в лесу, когда меня подпитывал Рок.

— А без этого слияния мужчина женщину разве не может подпитывать? — интересуюсь, когда куарда умолкает.

— Может. Это грубое вмешательство, и действительно всего лишь подпитка. Насильная, можно сказать, против природы. Но в крайнем случае оправданная. Это как… — она задумывается. — … Как из огромного обилия разной еды взять и съесть кусок пресного хлеба. Желудок наполнится. Хотя организму всё равно надо гораздо больше веществ, чем он может из этого хлеба взять, — и тут на меня обращается взгляд янтарных глаз.

 — Но всё сказанное справедливо лишь для куард, сьера. В вашем случае всё обстоит совершенно иначе. Вы приняли энергию адамира. Усвоили полностью.

Ну-ну. Мне положено радоваться? Пока что больше получается чувствовать тревогу и опасения из-за непонимания последствий.

— Слияние… это брак? — задаю я последний вопрос, чтобы понимать какими перспективами пытался меня прельстить лекарь

— Слияние — это навсегда. Ни одна уважающая себя куарда не согласится на него без заключения брака, — произносит Жозелин, и в её глазах мелькает странная тень.

 — И ни один достойный куард такого не предложит. Тем более, что это будет нарушением законов империи.

Она опускает ресницы, пряча взгляд. Падающие с окна лучи заходящего солнца смягчают её черты, и я невольно засматриваюсь. Моя компаньонка, если не обращать внимание на её холодность и строгость, на самом деле поразительно красива. Я бы даже сказала, что гораздо красивее той же Эмари.