Я все снесу, милый

Зоя растерянно моргнула, а потом начала комментировать свои действия.

Они в основном говорили о кулинарии, старательно избегая темы появления Зои в доме Варшавского. Девушка была благодарна за то, что ее ни о чем не расспрашивают, не поучают. Алисия девушке понравилась. Хоть у кого-то в этом доме оказалась душа.

Творожный пудинг удался на славу.

– Ни за что бы не разобралась с духовкой! – призналась Зоя, выслушав объяснения Алисии насчет того, как правильно выбирать режим. – Столько наворотов!

– Привыкнешь.

– То есть ты не возражаешь, если я буду наведываться на твою территорию? – они перешли на «ты».

Кухарка фыркнула и достала из шкафа белоснежный фартук – неизменный атрибут кухни двадцать первого века, но никак не нового тысячелетия. Оказывается, есть неизменные вещи.

– А ты бы так меня и послушала! Наверняка решила тайком прибегать.

– Так и есть, – призналась Зоя.

– Бунтарка?

– Я? Никогда в жизни не была…

– По тебе не скажешь.

– Почему?

– Твое появление наделало шума. Я встречала других ширас – ты в корне от них отличаешься.

– Мне Затейник уже сообщил, что я бракованная, – довольно усмехнулась Зоя, наливая кофе, приготовленное Алисией.

– Затейник?

– Ага, он самый. Дан. Я так его называю.

Алисия засмеялась в кулак.

– Ой, Зоя, а говоришь – не бунтарка… Он тебе там случаем электричество и воду не перекрыл?

– Кто? Дан? Пусть только попробует! Я его предупредила, что у меня вредный характер.

– Интересная ты, – заметила Алисия, доставая рис с овощами. – И очень хорошая. Не похожа на тех испорченных ширас, которые сразу начинают права качать. Понимают, что если забеременеют, то с ними станут носиться и выполнять любую прихоть. Чего только не наслушаешься и не насмотришься!

– Алисия, а что в этом странного? В криосон погружалась элита, богатые люди. Не просто богатые, а очень.

Кухарка, мастерски нарезая овощи, повернула голову и внимательно посмотрела на Зою.

– А ты разве к ним не относишься?

– Я? – Зоя ткнула себя в грудь. – Алисия, посмотри на меня! Я похожа на отпрыска богатых родителей?

– Нет…

– Вот! Я с восемнадцати лет зарабатывала на жизнь сама. И, поверь, ничто мне не доставалось легко и просто. Обучение, более-менее сносная работа…

– А как же ты тогда оплатила криосон?

Зоя печально покачала головой и сделала последний глоток кофе.

– Я его не оплачивала. И он мне на фиг не нужен был.