Я все снесу, милый

Это сон… Просто сон…

Ведь правда?

Кошмар остался в другом тысячелетии. Все, что с ней могли сделать в прошлом, уже сделали.

Девушка отвела руки от лица и заметила, что они мокрые от слез. Еще не хватало с заплаканным лицом предстать перед мрассом и увидеть, как его губы кривятся от презрения. Хотя какая разница, что он о ней думает? Угождать ему она не собирается.

Зоя протяжно выдохнула, пытаясь успокоиться. Все хорошо.

Все хорошо…

Прошлое на то и прошлое, чтобы остаться позади. Предстоит задача посложнее – разобраться в настоящем.

– Затейник, ты тут? – негромко спросила Зоя. Одиночество тяжким грузом давило на плечи. Захотелось с кем-то перемолвиться хотя бы парой слов.

Ответить ей не удосужились.

– Дан, не сердись. Давай на мировую? – она постаралась «состряпать» жалобную мордашку, хотя подозревала, что с этим даже напрягаться не нужно. И так выглядит не ахти – с распухшим от слез носом и красными глазами.

– Подлизываешься? – машина сымитировала злорадство.

Мы люди не гордые.

– Подлизываюсь. У меня хорошо получается?

– Не-а. Плохо. Ты злишься и тебе страшно. Поэтому и вспомнила обо мне."

"Зоя натянула покрывало до плеч и подтянула колени к груди.

– Вот скажи, откуда только ты выискался такой умный и догадливый? Программа стоит аналитическая?

– Так точно.

Зоя слабо улыбнулась.

– Ты знаешь, затей… извини, дан, в наше время были фильмы о роботах. Там рассказывали о том, что в будущем роботы станут очень похожими на людей.

– Что за фильмы? – ответили вопросом на вопрос. – Назови хотя бы один.

Зоя напрягла память.

– «Прометей».

– О да! Хороший фильм.

– Дан, только не говори, что ты его смотрел! – простонала Зоя, даже не замечая, что улыбается вполне искренне.

– Смотрел. Я многое смотрел. У меня программа. А теперь отвечаю на твой вопрос – роботов с личиной человека создавали, но… – Секундная пауза. – Не понравилось людям и мрассам такое соседство, и производство свернули.

– Разумно, – прокомментировала Зоя. – Не особо приятно, общаясь с человеком, узнать, что он робот. А даны есть у всех?

– Нет, только у очень богатых мрассов.

Ох уж эти мрассы!

– А у обычных людей? Я так понимаю, мрассы – это какая-то элита.

Послышалось пренебрежительное фырканье.

– Не понимаю, зачем господину понадобилось забирать тебя из центра раньше срока.