Я все снесу, милый

– Уверена?

Уверена? Господи, конечно, нет!

С сегодняшнего дня она ни в чем не уверена.

– Отпусти, – повторила, уходя от прямого ответа.

По потемневшим серым глазам и маленькой сеточке морщинок, убегающих от уголков губ, Зоя поняла, что он прекрасно знает о том, что она чувствует.

И вдруг вспомнила, вернее, заставила себя вспомнить, что она взрослая женщина. Да, оказалась в непростой ситуации. Но жизнь-то продолжается?

Так почему бы не попробовать стать счастливой?

Наплевав на предрассудки.

– Хотя, знаешь, – начала она, облизнув губы и не без удовольствия заметив, как мужской взгляд тотчас метнулся к ним, – не надо, не отпускай.

Объятия стали крепче.

Дыхание мужчины изменилось, став более прерывистым.

А Зоя, позабыв о том, кто она и что связывает ее с мрассом, чуть-чуть сдвинулась в его сторону.

– Кхе-кхе.

Деликатное покашливание нисколько их не смутило и не заставило отшатнуться друг от друга.

Напротив.

Юлиан, продолжая удерживать Зою, повернулся к матери, ставящей поднос с напитками на столик на колесиках.

– Мама, ты не вовремя, – сказал он полушутя.

– Это мой дом. А значит, я всегда и везде вовремя, – не осталась в долгу Вера и устроилась на шезлонге.

– Кто бы сомневался… Зоя, ты, кажется, хотела пить.

– И до сих пор хочу.

«А еще хочу, чтобы ты меня поцеловал. И не только…»

Зоя поднялась по ступеням, выбираясь из бассейна. Если бы задержалась хоть на сотую долю секунды, мысли обрели бы вполне конкретные очертания. А просьба сорвалась с губ.

Она пила жадно. Несколько капелек сока пролились мимо и упали в ложбинку между грудей. Смутившись, Зоя начала их вытирать и с опозданием поняла, что сделала дополнительный акцент на груди.

Поэтому не удивилась, заметив, что мрасс, замерев, смотрит на верхнюю часть ее бикини.

В этот раз смущаться она не стала. Распрямила плечи и даже улыбнулась.

Неловкую ситуацию и затянувшееся молчание прервала Вера. Она о чем-то спросила Юлиана, и начался разговор. Зоя, допив сок, вернулась в бассейн.

Сегодня она плавала много и с удовольствием. Как-то разом успокоилась и пришла в себя. Правильно, надо принимать жизнь такой, какая она есть!

День пролетел быстро и без суеты. Во время обеда к Юлиану подошел человек из обслуживающего персонала и что-то сообщил конфиденциально. Варшавский нахмурился, извинился перед присутствующими и сказал, что ему нужно срочно отъехать. И что вернется поздно.

– Юлиан? – В голосе Веры послышалось беспокойство.

– Все хорошо, мама.