Отец лучшей подруги

— Знаешь, почему я так легко женюсь? Я даю этим женщинам то, что они хотят, в обмен на то, что нужно мне. И все довольны, и никто никому не выносит мозги.

— Но потом ты с ними разводишься. Как-то не складывается.

— Так это потом. В народе про это говорят «любовь прошла, завяли помидоры». Но я разбираю людей на составляющие и, поверь, никакой любви я в них не нашел. Только гормоны и инстинкты. Сейчас тобой движет исключительно половой инстинкт. Она тебе кажется такой идеальной, такой совершенной и потрясающей, что словами не описать.

Смотрю на него исподлобья.

— Может быть. И что из этого?

— А то, что точно такими же мне казались все мои жены и любовницы. С некоторыми женщинами это работает дольше, с другими — очарование спадает после первой же ночи. Никогда не знаешь, какой силы будет твое влечение и сколько раз придется переспать, чтобы насытиться. Ясно одно — пока эта женщина остается в твоей голове, ее образ будет становиться идеальней и прекрасней, а твоя жизнь — все невыносимей, поскольку твое существование будет подчинено одной-единственной цели.

Нервно сглатываю.

— Ладно, теперь мне стало интересно. Продолжай.

— Это свойство нашего мозга, Платон. Думать о других людях, даже когда их нет рядом. Видеть их в своей голове. Вести с ними беседы, спорить, фантазировать. Но образ человека в твоей или моей голове не то же самое, что вот эта сахарница, на которую мы с тобой сейчас смотрим. За видение и воображение отвечают разные зоны мозга.

— Хочешь сказать, что когда ты через три месяца после свадьбы разводишься, это всего лишь означает, что ты наконец-то увидел эту женщину такой, какой она есть в реальности?

— Ну там сложнее все, но можно и так сказать. Правда, женюсь я не потому, что «ослеп от любви», как сказали бы романтики. Я всего лишь хочу иметь доступ к ее телу, но при этом не хочу перед каждым сексом плясать, как тот павлин.

— Никогда не смотрел на брак с такой точки зрения…

— Это я давно понял.