Отец лучшей подруги

Я ставила все на наши отношения, когда полетела в Россию. Дамы и господа, ставки сделаны, ставок больше нет. Шарик прыгал долго. Мучительно долго, пролетая мимо желаемого, но в итоге на рулетке все равно выпал ноль.

Так бывает.

Чувствую, что юбка прилипает к ногам. У меня как будто отошли воды, только они явственно отдают маринадом. Рот моментально наполняется слюной, пока я салфетками пытаюсь уменьшить размер катастрофы, сотворенной девочкой. Пакет из магазина опрокинулся, а упаковка от моих арбузов не была герметичной.

Да и к черту!

Достаю одну ароматную дольку и впиваюсь зубами в сладко-соленую мякоть. Рассол течет по рукам, на испорченную юбку, но множество моих вкусовых рецепторов сейчас испытывают самый настоящий оргазм, и плевать, что на меня косится с недоумением официантка.

Когда я прямо там уничтожаю купленные на пробу арбузные дольки, то понимаю две вещи.

Во-первых, арбуза надо было брать больше.

А во-вторых, я благополучно завершила то, что не удалось девочке. Договор испорчен. От капель рассола буквы поплыли, а мое имя, вписанное от руки, прочитать теперь даже невозможно.

Расплатившись, сначала умываю лицо и руки, потом выхожу из ТЦ, повязав на поясе куртку, чтобы скрыть мокрые пятна. Иду за еще одной порцией соленых арбузов, предвкушая, как съем их, не отходя от магазина.

В кармане звонит телефон, но взглянув на номер, я сбрасываю.

Никаких приветов из прошлого, я слишком долго жила только им. Настолько, что потеряла собственный вкус к жизни.

И только сейчас в моей жизни появился аромат душистого перца, лаврового листа, смородины и чеснока.

— Есть еще вариант с медом, хотите? — улыбается продавщица в магазине.

Все хочу.

Отныне я буду питаться только арбузами. Только чудом, я не съедаю их все по дороге. Кожу на ладонях аж жжет от соли, губы тоже, когда я все-таки добираюсь до дома.

— Лея? — мама выходит мне навстречу, но потом замирает и принюхивается. — Господи, ты как будто похмелялась рассолом.

— Я в душ, мам. Но сначала отнесу остатки в холодильник.

— Соленые арбузы? А зачем столько?

— Они волшебные… Стой, не закрывай, я съем еще.

Проглотив одну дольку прямо там, пока располагаю упаковки на полках холодильника, поднимаю глаза — мама белее полотна.

— Что?

— Ты себя хорошо чувствуешь? — осторожно спрашивает она.

— Не начинай, — отмахиваюсь и иду в душ.

Мама семенит следом.

— Да я не про твои душевные травмы… Я про… Ну ты понимаешь.