Отец лучшей подруги

Теперь рассолом залито сидение, брюки Платона и моя юбка.

— Твоя мама дала арбузов с собой.

— Господи, ну и запах… Достань их. Только не верти так задницей! — стонет он.

— Не могу подхватить контейнер… Ох, как арбузы жалко.

— А меня не жалко? Мне улетать через час. А ты тут сверху, мокрая насквозь…

— Это рассол. Почти подцепила! Черт, руки скользкие.

— Где он? Давай я попробую.

— Давай я пересяду.

— Да сиди уже. Только привстань, чтобы я его достал.

Упираюсь ладонью в крышу машины и приподнимаю бедра.

Вздрагиваю всем телом, когда прямо над ухом кто-то громко стучит по стеклу. Следом меня слепит свет фонарика. Что за черт?

Платон понимает происходящее быстрее меня. Он хмыкает, велит мне пересесть обратно. А потом опускает водительское стекло.

— Добрый вечер, — раздается из темноты. — Капитан Морозов. Предъявите документы.

— Добрый, — весело отзывается Платон. — Вот так встреча, капитан.

— Платон Сергеевич? — с сомнением переспрашивает капитан.

— Он самый.

— Что же вы… В подворотнях.

"— Это не то, что вы подумали! — кричу в окно, наклонившись. — Я просто контейнер с солеными арбузами уронила. Мы его поднять пытались.

— С солеными, значит, арбузами? — скептически тянет капитан. Мол, всякие отмазки ему доводилось слушать, но чтобы такие… — А ну посмотрите на меня, гражданочка. Что принимали?

— Ничего не принимали. Их реально на юге солят на зиму, — продолжает смеяться Платон. Наклоняется и цепляет злополучный контейнер.

Распахнутый контейнер Платон предъявляет капитану. Тот с экспертным видом изучает.

— Надо же, арбузы… Ладно, — откашливается Морозов. — На первый раз прощаю. Даже не буду оформлять штраф за… кхм, парковку в неположенном месте. Константину привет.

— Обязательно передам, — кивает Платон, закрывает окно и ржет в голос. — Как же скучно я до тебя жил, Лея… Ты не представляешь.

— А откуда этот капитан Костю знает?

— О, это долгая история… Давай я сначала тебя домой закину, а потом поеду переодеваться.

— Ладно. Прости, что так вышло. Я буду тебя ждать, — целую его в губы. — Очень сильно.

— А уж как я буду… — он целует в ответ. — Чтобы рядом никаких мужчин не было, пока меня не будет.

— Ммм… Не могу обещать, что буду одна. Есть у меня один, такой нетерпеливый… А уж как ночью зажигает.

— Лея! — рявкает Платон.

Смеюсь в голос.

— Боже, ты чокнутый. Я про Егора.