Я вас не звал!

Мы все вместе побежали вниз по дороге.

– Всё, здесь, – остановился у поворота Димка, когда мы спустились примерно на триста метров. – Андрей, Кац, пасите противника. Док со мной.

Я подавал, а Димка проворно приводил смертоносные машинки в действие, устанавливая датчик взрывателя на разрыв. Две установили на дороге у поворота, остальные восемь в линию параллельно дороге, то есть примерно на дистанции прицельного выстрела прямо по фронту с площадки маяка. Воткнули несколько сигнальных ракет на растяжку. Так же наспех и прикрыв листвой, Димка раскидал с десяток ПМН.

– Всё, снимаемся, бегом обратно, – сказал Димка в рацию, забрасывая листвой последнюю мину. – Жаль, нет времени управляемое минное поле поставить, можно было бы устроить им встречу с оркестром.

Вернувшись на площадку к маяку, я более-менее отдышался и осмотрелся, выпив почти половину фляги воды. Вообще площадка для наблюдения и корректировки очень удачная. Я взял бинокль и посмотрел на пирсы. Не было видно только небольшого участка берега с одним пирсом, остальное хорошо просматривалось.

Четыре пирса, у которых кроме десятка наших неходовых кораблей стояли американцы… Я насчитал одиннадцать, уж не знаю какого они у американцев класса, но по размерам и вооружению некоторые очень смахивали на наши БПК. Были и десантные корабли, среди них выделялся штабной – здоровый, зараза. Два корабля стояли на рейде, перекрыв вход в бухту.

Бойцы всей нашей группы готовились отражать возможную контратаку противника, что, с одной стороны, было вполне возможно, а с другой – потеряв высоту, американцы могли вполне отработать по площадке маяка артиллерией, и тогда кирдык нам всем.

Предполагая такой вариант развития, Димка приказал разбиться на группы, чтобы не мешая друг другу можно было быстро убежать на противоположный от пирсов склон и укрыться в лощине. Но кроме потерянной высоты маяка, у американцев сейчас было чем заниматься. Они уже знали, что выход с пирсов заблокирован, и не их бывшими приспешниками из городских, а неизвестно откуда взявшимися армейскими частями, и заблокирован жестко – с минированием, бронетехникой и противотанковым вооружением.

После того как связист Фомина дал корректировку по целям, мы замерли в ожидании, с какой стороны полетит в первую очередь, с нашей или с их.

За двадцать секунд почти сотня ракет была выпущена «градами», и когда они достигли цели, я закрыл уши руками и свалился на дно бруствера… и правильно, нечего там смотреть.