Я вас не звал!

Ты первым езжай, на дальнем КП я остановлюсь, передам стволы. И дай-ка пару гранат.

Яков вынул из подсумков гранаты и передал их. Димка залез в кабину, снял с двух калашей ремни и, уложив два дробовика и три автомата вместе, связал их ремнями. Затем быстро повыщелкивал из шести магазинов патроны себе в рюкзак, пустые магазины закинул в наволочку, туда же пять гранат и цинк. Машины выехали из леса и покатили по дороге. На дальнем КП грузовик остановился, а топливозаправщик проехал с полкилометра и тоже остановился.

– Вот, как и договаривались, пять стволов, гранаты и патроны, – сказал Димка, свалив всё у обочины.

– Эй… Сережка, рыжий, хватай это и ко мне в хату неси, – крикнул старик рыжему жилистому парнишке лет двадцати.

– Ты, вот что, Сан Саныч, если недостаток в патронах испытываешь, то езжай по федералке на дачный поселок, спросишь Сергеича. Там в поселке дети, женщины, нормальной еды мало.

– Так там четыре дачных поселка, какой из них?

– Ну вот по трассе отсюда второй по счету.

– Понял, так я прямо завтра к обеду и отправлю сыновей туда, – радостно ответил Сан Саныч, – чем этих дармоедов городских кормить, уж лучше еду на оружие выменять.

– Ладно, отец, спасибо, ехать нам надо, – сказал Димка и запрыгнул в машину.

В дачный поселок разведчики въехали утром, подогнав машины к дому Сергеича…

Глава пятая

Двадцать четвертое октября

Партизанские дачи

– Леха, вставай, Димка с Хохлом вернулись, – тормошил меня за плечо Борис."

"Уснул я рядом с Андреем только часам к четырем утра, расстелив пенку на полу и завернувшись в спальник. У него температура скакала всю ночь, то попить ему, то ведро подставить, то заранее приготовленное Светой обезболивающее уколоть. В общем, та еще ночка выдалась.

– Удачно? – спросил я Димку.

– Более чем, – ответил за него Сергеич, светящийся, как начищенный самовар. – Без малого двадцать пять тонн солярки привезли! И генератор, и еще один грузовик с краном.

– Здорово, – радовался я, наливая себе чай.

– Здорово, – кивнул Димка. – Только соседи у нас тоже времени зря не теряют.