Я тебя верну. Настоящая семья для олигарха

У меня и правда глаза слипаются, да и Лиза зевает.

– Дорогая, как вышло, что ты уехала с этой тетей? – спрашиваю мягко, когда остаемся с Лизой наедине в комнате. – Я же много раз объясняла тебе, что ни в коем случае нельзя общаться ни с кем чужим. Ни с детьми, ни тем более какими-то взрослыми. Тем более, уезжать с ними.

– Но я знала эту тётю, – простодушно хлопает глазами Лиза. – Правда, мне она совсем не нравилась тогда. Когда мы жили на море, помнишь? Она тогда была ужасно противной. Но у нее были красивые платья.

– Хорошо. Я понимаю. Только пожалуйста, прошу тебя, больше никогда так не делай. Я очень сильно испугалась. Если кто бы то ни было тебе предложит похожее, сразу мне звони. Или беги к учителю, воспитателю… Но ни в коем случае не уходи никуда.

– Хорошо, мамочка. Прости что испугала тебя. Видимо тетя Дина так и не исправилась. Она вела себя некрасиво здесь. Кричала гадости…

– Забудь про нее. Она поедет лечиться.

– Она такая странная, потому что болеет?

– Да. И может быть опасной.

– Может заразить? Вдруг я уже заразилась от нее?

– Нет, малышка. Ни в коем случае.

– Хорошо, – успокоенно вздыхает Лиза.

– Вы правда ходили по магазинам? – спрашиваю спустя паузу.

– Да, смотрели платья, но ничего не купили. Мне стало скучно смотреть как она примеряет их. Поэтому пошли в кафе, заказали два торта и мороженое. Мне. Дина на диете, она пила кофе без сахара.

– Так много сладкого!

– Да. Она сказала могу заказать сколько угодно.

– Детка, ты же знаешь, что это вредно. Понятно, почему ты так плохо кушала за ужином.

– Ага, – вздыхает Лиза. – У меня немного живот болит… Ну, в общем потом Дина сказала, что нам лучше всего поехать к бабушке Тамаре.

– Она тебя расспрашивала о чем-то?

– Да, спрашивала про Матвея. Сказала, что хочет познакомиться с ним.

Наконец Лиза засыпает, а я еще долго смотрю на нее, сквозь пелену подступивших слез. Сегодняшний день заставил еще раз остро ощутить, что для меня нет ничего важнее моих детей. Ради них я готова буквально на все. Даже пожертвовать своим женским счастьем.