Я тебе объявляю развод, майор!

Дыхание сбивалось, как это всегда бывало, когда мы оставались наедине, но я мужественно пыталась заставить себя думать о чем угодно, только не о любимом муже."

"Наконец найдя ватный диск, смочила его перекисью и подошла ближе. Яр широко расставил колени, позволяя мне встать между своими разведёнными ногами, и наклонил голову, давая доступ к ране. Осторожно прикоснувшись, я промокнула царапину тампоном и легонько подула.

Ярослав с силой сжал ладонями края ванны и стиснул челюсти.

Обстановка накалялась... Но прощать его и возвращаться я была не готова.

Быстро обработав царапину на шее, нанесла заживляющую мазь и хмуро сказала:

– Руку давай, там тоже царапина.

Ярослав без вопросов протянул ладонь, внимательно вглядываясь в мое лицо своим фирменным проникновенным взглядом, от которого я когда-то потеряла голову.

Тело покалывало, а руки тряслись, поэтому я ускорилась, быстро закончила нехитрые манипуляции и подняла голову:

– Все! Теперь заражение крови тебе не грозит.

Сделав пару шагов назад, резко развернулась и принялась нервно собирать лекарства обратно в аптечку.

– Ты завтракала? – промурлыкал Яр. – Потому что я – нет.

– Я не голодна. А тебе пора идти, – вздернула упрямо подбородок.

– Значит, не завтракала.

Проигнорировав мою последнюю реплику, Шведов легко поднялся и потопал на кухню.

Включив чайник, Ярослав уже наводил инспекцию на бабушкиных полках.

– Яр, ты ничего не забыл? – поинтересовалась я, скрестив руки на груди.

– Купить твое любимое печенье, – очаровательно улыбнулся муж. – Прости, завтра исправлюсь.

– Ты сюда каждое утро решил наведываться, что ли?

– Конечно. Ты – моя жена. А я привык завтракать с женой.

– В последний месяц я что-то не припомню наших совместных завтраков.

– Работа, Рыжик. Ты же знаешь, – повел Яр плечом, но в глазах промелькнула тревога.

– Не знаю, – уперлась я, – ты ничего не рассказывал!

– Я не могу рассказывать подробности, Стеша, сто раз говорил.

– Рассказывай без подробностей!

– Я работал. Без подробностей, – уперся Яр.