Я тебе объявляю дружбу, майор

С Костиным сами разбирайтесь, в нерабочее время, мне еще разборок с прокуратурой не хватало! Дела сдадите Шишкину и Попову! Свободны!

– Есть! – гаркнули мы разворачиваясь.

– Эй, парни! – уже спокойно позвал Данилов, – прикрыть не смогу, простите. Придется самим.

– Мы справимся, – хищно улыбнулись мы и вышли из кабинета.

– Не горячись, Мир. Спокойствие, только спокойствие, – зло сжимая кулаки, успокаивал меня Марк. – В следующий раз морду ему бью я.

– Вставай в очередь, – решил я, доставая из кармана вибрирующий мобильный.

Звонил отец.

– Да, – ответил я, медленно шагая к своему кабинету.

– Бери Марка и быстро ко мне на ковер! – рявкнул прокурор. – Опять мою фамилию и честь мундира позорите?!

Я сжал зубы и уставился в потолок.

– Полчаса, Мирон! – процедил отец и отключился.

– Наше дело труба, да? – уныло пробормотал Марк.

– Поехали, отец не любит ждать, – напомнил я.

До здания прокуратуры доехали молча, каждый думал о своем. Я насчитал тридцать три способа убийства Костина и девять способов незаметно спрятать труп.

А в своем кабинете нас уже ждал Демидов Михаил Юрьевич, отец и прокурор.

– Никого не избили по дороге? – вместо приветствия поинтересовался отец.

– Нет, но если встретим Костина – добьем, – пообещал Марк.

Папа поперхнулся воздухом.

– Сели, оба! – выдохнул он. – Я слушаю.

Мы с братом сели на посетительские стулья и дружно замолчали.

– Я с вас сам погоны сниму, – клятвенно пообещал батя.

– Па, это личное, – решительно ответил я.

Отец хлопнул ладонью по столу:

– Личное – это когда никто не знает! Вы что, не научились бить морды так, чтобы на этих мордах синяков не оставалось, и в нерабочее время?

Мы с Марком обалдело переглянулись.

– Марьяна Калинина имеет какое-то отношение к вашим разборкам? – продолжал отец, откидываясь на спинку кресла.

Я резко поднял голову, встречаясь с насмешливым взглядом бати.

– Марк, это в сторону Калининой «поплыл» Мирон? – развернулся отец к Марку.

Брат кивнул.

– И что, конкурентов за сердце дамы нужно бить в рабочее время в здании прокуратуры? – уже спокойнее уточнил папа.

– Он ей угрожал. Марьяне, – выдал Марк стратегически важную информацию. – Несколько лет преследовал.

– Не понял, – напрягся папа.

Я зыркнул на Марка:

– Ты откуда знаешь?

– Фаня рассказала, – пожал плечами моя точная копия.

– Что еще? – отвлек нас голос отца.

– Ничего. Отец Марьяны тоже при погонах, но они с сестрой и братом боялись ему все рассказать.