Я пришел за тобой

Положив голову на ладони, наблюдает как небо вспарывают огненные цветы фейерверков.

И плачет. Ей-богу плачет.

Сейчас бы спуститься вниз и утешить. Умею. Практикую. Но нельзя. У меня аскеза. Дал зарок сестре не трахаться с незнакомыми девочками. А если спущусь вниз, в два счета уговорю.

После Тайкиной измены я пустился во все тяжкие. Уламывал всяких цыпочек и даже сбился со счета. Пил как не в себя. Катался с рок-группой по странам и континентам. А потом понял, что так жить нельзя.

Кому я делаю плохо? Только себе.

«Тебя что, до сих пор не отпустило?» – печатает сестра.

А если и так! – сжимаю переносицу.

Если мне до сих пор больно видеть Таисию Пахомову, слышать ее голос. Если до сих пор хочется закатать в репу ее мужу.

Почему я должен играть по вашим правилам?

Не хочу. И даже не знаю, наступит ли время, когда я смогу реагировать спокойно на бывшую. Когда перестану избегать ее и разговоров о ней. Не буду переворачивать ее портрет в гостиной у матери и пресекать любую попытку свести нас в одном пространстве.

И пусть боль притупилась, но до сих пор саднит.

«Тебя тоже кто-то обидел?» – смотрю на девчонку, вытирающую глаза. Воду с лица так не вытирают. Только слезы.

«Может, на свадьбе что-то произошло?» – напрягаюсь мысленно. Или это особая гостья крестного?

«Да ну на фиг!» – морщусь раздраженно. Девочка молодая, красивая.

«Ну и на таких клюют, Миша», – подзуживает внутренний голос. Главное, деньги. Сколько охотниц за сокровищами перебывало в моей койке. С Тайкой было все просто. Общий семейный бизнес, сросшийся еще до нашего рождения. Общие родственники. Моя мать замужем за ее дедом. Поэтому время от времени мне приходится прилагать максимум усилий, чтобы не встретиться.

«Сегодня я сослался на важную встречу в зуме», – усмехаясь оглядываюсь на раскрытый ноутбук. Затем на автомате направляюсь к бару.

Девчонка все еще плавает как заведенная. И я любуюсь каждым отработанным движением. Все-таки надо спуститься вниз. Познакомиться. Но переть напролом я не хочу. Есть методы поизящней.

– Бать, – звоню крестному. – А кто у нас поселился в третьем люксе? – спрашиваю напрямую. У кого бы узнать…

– В третьем? – уточняет пахан, будто бы не расслышал. Хотя у него до сих пор слух как у собаки.