Я на тебе женюсь! (СИ)

?гляделась, не нашла ничего, куда можно присесть или поставить поднос, после чего плюнула на приличия и тоже села прямо на пол. Заметила косой взгляд демона на бутерброды и милостиво разрешила: – Угощайся. И рассказывай.

– Нет, вы слышали? – патетически воскликнул Винсент. – Она его угощает! А меня? Меня почему ударила?

– Винс, заткнись, - ну очень вежливо попросил друга Джулиан. - Они с Альбом друзья, а ты… сам знаешь."

"– Злые вы, – насупился блондинчик, обращаясь вроде бы одновременно ко всем и вместе с тем ни к кому, – уйду я от вас.

– Дверь там, - отмахнулась Янина, даже не подняв головы от книги. - Кстати, можешь мне тоже поесть принести. Что-нибудь с мясом, ага? И чаю.

Пробурчав что-то совсем неразборчивое, но явно глубоко оскорбленное, Винсент ушел, а я сосредоточила всё внимание на Альбусе. Демон это, естественно, заметил, слегка поморщился, но тянуть дольше не стал.

– В общем, опозорились мы знатно. И дело-то плевое! Якобы… – хмыкнув, Альб взъерошил короткие волосы на затылке.

– В общем , если без подробностей,то нам надо было вычислить и схватить вора. ?дного из трех подозреваемых. Имена, адреса, улики – всё было. А Гаспар, сунув нам папку, отошел и вроде как насовсем. Но мы же самые умные, да? Мы посовещались и поняли, что тот, кто нам нужен – это Ивен Лакс. Ну и пошли его вязать. В итоге и сами подзатыльников наполучали, потому что этот Ивен Лакс оказался местным знаменитым и дико уважаемым патологоанатомом с темным стихийным даром, работающим в полиции,и заявление на нас уже отправилось по всем возможным инстанциям. В том числе Ламбертсу. Вот, сидим теперь, думаем, что писать в объяснительной, что бы не вылететь с практики уже завтра.

– С темным стихийным даром, говоришь? - повторила за ним и повернула голову в сторону Джулиана, отмечая, что он тоже смотрит на меня. Очень выразительно и понимающе. - Ребят, кажется, нас тут всех за дураков держат. А этот Ивен Лакс… Он как выглядит?

– Да никак, – скривился Альб. – Мелкий, невзрачный.

То ли полугоблин, то ли просто недоросль. Лет чуть за тридцать… А почему всех?

Тут уже пришел мой черед «хвастать» достижениями, по итогу которых Альб мрачно скрежетал зубами, а Янина прижимала ладонь к губам и глядела широко распахнутыми глазами. Даже Винс, вернувшийся с кухни с огромным подносом, заставленным тарелками и кружками, присоединился к нам молча и внимательно слушал мои откровения, с каждой минутой хмурясь всё сильнее.

– Вот, как-то так.