Я до сих пор не царь. Книга XXVII

Не может быть, чтобы Чал был настолько силен! Еще рано! У него не должно быть СТОЛЬКО мощи! Откуда?

— Разговорчики! — игнорируя заклинания, Валера схватил Захара за шею. — Передай своему господину от меня привет!

Захар понял, что это последние мгновения его жизни, и, если он ничего сейчас не предпримет, то его господин жестоко его накажет.

Уж он умел истязать до такой степени, что смерть и небытие покажется милостью. Да и тот факт, что Захар сейчас погибнет, навсегда лишит его возможности занять верховные позиции рядом со своим господином.

Ему пришлось пожертвовать больше восьмидесяти процентов жизни своего тела, чтобы выпустить еще силы! Мощнейшая волна хлынула наружу, откинув Валеру на несколько метров. Но даже так он устоял, что еще сильнее напугало Захара.

— АЛТАРЬ! — заорал он.

Сплошной поток энергии продолжал выходить, не давая Валере подойти.

— Ах ты щенок! Узнаю эту магию! — разозлился тот, и над его головой вспыхнула диадема.

Он вытянул перед собой руку и начал медленно, с трудом, подходить к Захару.

— АЛТАРЬ!

Да, кажется, это страх. Такое существо просто не должно существовать в этом мире! Почему он вообще стоит на ногах! Такой поток магии, а он еще подходит все ближе!

— ДА ТВОЮ ЗА НОГУ! АЛТАРЬ! — из последних сил крикнул Захар. Его силы подходили к концу.

И все же он появился. Мраморная плита материализовалась прямо перед Захаром. Тот успел положить на нее руку и исчезнуть. Валера не дотянулся буквально полметра.

— Да сука! — заревел он на всю округу и ударил кулаком в землю.

Граф Бердышев все же рискнул и подошел к Валере. От него исходил такой поток силы, что даже опытный Ростислав Тихомирович с трудом мог дышать. Настолько плотная энергия была вокруг Валеры.

— Если бы не ты… — произнес он.

— Непростительно! — зарычал тот в ответ и пошел к выходу, но через пару метров замер. — Передай Денису, что завтра тренировки не будет. Я пока буду в Широково…

После этого он трусцой побежал к КПП.

— Это было… — начал Андреев.

Граф прошел мимо него в дом. Войдя на кухню, он, как ни в чем не бывало, сел за стол.

— Василий Иннокентьевич, вы приготовили мне кофе?

Граф посмотрел на дыру в стене, которая отделяла кабинет от кухни.

— Да, мой господин, — попытался взять себя в руки Андреев.