Я до сих пор не царь. Книга XXVII

— Ну и где овации? Мне начать убивать, чтобы нам показали наши комнаты?

— Я Исаак, это Петр, — представился последователь Пастуха. — Нам необходимо…

— А-а-а, мальчик, ты не понял, мы тут сперва обустроимся, отдохнем и только потом будем выслушивать ваши просьбы. У нас другой начальник, — выдохнула она и пошла по пляжу.

Исаак же спокойно проводил их взглядом.

— Кажется, вы чего-то не поняли. Вы тут простые исполнители, которые будут делать как необходимо. Не мы подчиняемся вам. А вы нам, так что закройте свои рты и слушайте меня…

Мужчина, который был на пару голов выше Исаака и шире его в плечах, в секунду оказался за спиной у парня.

— Следи за языком, ты, шестерка Пастуха. Никто не смеет так говорить с моей супругой…

— А не то что? — медленно повернулся Исаак, и его глаза начали наливаться дымкой.

Между ними промелькнула едва заметная искра, и песок вокруг них начал подниматься в воздух и закручиваться в спираль.

— Воу-воу, давайте выдохнем! — воскликнул Петр и встал между ними, спокойно разрушив между ними напряжение.

Его лицо изменилось в зловещую гримасу, от чего все слегка удивились.

— Потому что потом, настанет конец этого мира!

* * *— Жалкое ничтожество, которое получило свои силы только потому, что удачно родился в нужной семье! — ухмылялся Валера.

Я же приподнял бровь от этого странного заявления, так как то, что он сказал, касалась его даже в большей степени, чем князя Есенина.

С момента, как Валера снял перчатку, ограничивающую его способности, многое поменялось.

И да, теперь, по большому счету, она ему была не нужна, так как нагрузка распределялась на внутреннее хранилище, которое, я напомню, было бесконечным. Так что телу уже ничего не угрожало. Поэтому Валера теперь пытался с удвоенной скоростью вернуть себе прежние силы.

— Что ты такое? — произнес Есенин, глядя на противника.

А тут было на что посмотреть.

Перед ним стояло существо под три метра ростом. Шесть рук. Четыре глаза. И слегка сумасшедшая улыбка. Над головой горела корона во всей своей красе. По крайней мере, больше я не видел. Глаза у Валеры наблюдали за князем с хищным спокойствием."

"— Жалкий человек смеет спрашивать у меня? — прогремел голос Валеры.

В каждой руке появилось по мечу. Тело окутало голубоватым сиянием, и он медленно пошел к князю.

Земля под ним дрожала.