Ничего не бойся! Твой Белый

Проходя мимо окна, где был женский силуэт, решаю, что нужно поставить вопрос об освещении этого места. Балконная дверь открыта. Светлые шторы развиваются от лёгкого ветерка. Спишь, загадочная моя? Ну спи... Я тебя поохраняю.

- ""Где она живет, вечная любовь..."" Заела, зараза, - бормочу я.От Руслана приходит сообщение, что выезд за периметр Тамары завтра утром разрешен.

Иду перегонять тачку. Когда открываю ворота, вижу опять едва уловимое движение в темноте у неосвещенного угла ворот. Нет, не может меня так глючить.

- Стоять! - рявкаю в темноту.

Мы оба срывается с места. Перехватываю сзади в удушающий пытающегося смыться пацана. Слишком хрупкий...

Сдергиваю капюшон. По плечам рассыпается копна густых волос. Тонкий пряный запах дезориентирует, инстинктивно заставляя ослабить хватку. Разворачиваю к себе лицом. Светлые испуганные глаза не моргают, наливаясь слезами. Девушка! Пухлые трепетные губы дрожат. Едва торможу порыв обвести эти губы большим пальцем.

- Ты кто?.. - растерянно глажу пальцами нежную шею, которую посмел так грубо сжать.

- Анна, - шепчет она.

- Прислуга?

Прячу ствол. Отрицательно качает головой.

- Аа... - доходит до меня.

Главная наследница... Моя загадочная... Силуэт в окне.

- Извините! - одергиваю руки, примиряюще раскрывая ладони.

- Можно? - сглатывая оглядывается на приоткрытую дверь в воротах.

Жалобно сводит брови домиком. Только это не забавно совсем. Скорее отчаянно.

- Нет... Возвращайтесь в дом, - это абсурдно, но мне стыдно смотреть ей в глаза, словно я не защищаю, а держу её в плену. - Выходить не положено.

Но это же ради её безопасности. Опуская обиженный взгляд, обнимает себя за плечи. И отвернувшись медленно бредёт обратно. А я как пёс втягиваю напоследок головокружительный запах её волос.

Глава 6 - Кукла

- Белый, ты спишь вообще когда-нибудь?

Спать я умею даже стоя и с открытыми глазами, если нужно. Но сегодня вообще не спалось…

Не выходит она из дома. И из комнаты не выходит. И на балкон не выходит. Я уже десять кругов за утро нарезал! И на ступеньках потусовался… К завтраку не вышла.

Хочется при свете ее рассмотреть. Только вот, я – «тень», и беспокоить не велено.