Ничего не бойся! Твой Белый

Снимаю каску, бросаю рядом с байком. И по лесополосе, прихрамывая, ускоряюсь в направлении особняка Чайкиных, поглядывая в навигатор. Не близко…

Набираю Костю.

- Белый, блять... - недовольно. - Сразу - нет. Мне нужны нормальные рекомендации, а не волчий билет! Это моя последняя смена.

- Костян, какие рекомендации? Девочку похитили! Ты - соучастник.

- Ещё выяснить надо - кто ее похитил! - шипит он на меня. – Альфа ваша беспределит!

- Нет! Я с тобой как представитель охранного агентства говорю, с которым Анна заключила договор в связи с угрозой похищения, исходящей от родственников.

- Белый, нет. У меня инструкции. За остальное я ответственности не несу.

- Костян, ты или как соучастник оттуда выйдешь в браслетах, или как наш сотрудник. Подумай. Я перезвоню.

Дохожу до мостика. Слышу гул приближающейся тачки.

Делаю шаг назад, прячась в зелени.

Руслан...

Рука тянется к стволу.

""Белый, не вздумай стрелять и дурить! Сядешь!"" - висит сообщение от Громова.

Подсматривает он, что ли?!

Опускаю ствол.

С клокочущим гневом в горле наблюдаю, как проезжает тачка.

- А какой план, Мак? - набираю Громова.

- Нет плана.

- Громов, ты чо?!.. - в шоке наблюдаю издали, как тачка заезжает в ворота. - Ты его отпустил, я его пропустил... и у нас нет плана?! Как он ушёл?

- Адвокат. Как обычно. Показания он будет давать только после того, как запустят делопроизводство. А это завтра, Белый.

- Я до завтра ждать не могу.

- Не заходи, Белый! Ты - пацан ещё. Натворишь дел...

- Я - пацан, а Аня - девочка. И она там. Теперь – с ним!

- Они её не убьют! Хотели бы убить - воткнули в больнице нужный коктейль и бросили. А они её вывезли. Вывезли домой! Значит, нужна живая. Не сходи с ума!

- Громов... а что - убить, это единственное, что можно сделать с девочкой?

- Я сам зайду туда! Просто дождись меня.

- У тебя Эля беременная, Мак.

- Жди меня! Я скоро.

Я не могу - стоять и ждать.

- Он же уже там, с ней.

- Я сказал жди. Прострелят колено, чем ты ей поможешь?

Подъезжая крышей от удушающего чувства беспомощности смотрю на трехметровые стальные ворота. Мне кажется, я снесу их сейчас нахер своей внутренней пружиной, сжатой как рессора БелАЗа. Сжатой страхом за Аню. Он может сделать там с ней все, что угодно! Но это иллюзия. Я видел эти ворота с обоих сторон.