И тогда он зачистил город

В том числе и поступить в мединститут. Она тогда полбалла, что ли, не набрала. Ну, я к начальству. Тот звонок в институт, и племянницу зачислили. Тогда подобное широко практиковалось, а с начальством я был в хороших отношениях. Валя изучала психиатрию. Ей после института предлагали преподавателем остаться. Отказалась. Хотела быть практиком. Ну и отправили ее в психбольницу. Со временем главным врачом стала, приезжала диссертацию защищать. Умная женщина.

Александр взглянул на участкового:

– Так ты хочешь Татьяну в дурдом определить?

– Я хочу, чтобы Валя помогла Татьяне, а она это может.

Тимохин прервал участкового:

– Погоди-погоди, Михалыч… мне надо кое-что прикинуть.

– По-моему, тебя тоже надо Валентине показать.

– Покажешь! А пока помолчи и завари кофе.

– Чапай думать будет?

– Вот именно! Думать!

Александр отошел к окну. Глядя в мокрую черноту улицы, глубоко задумался.

Михайлов сварил кофе, разлил по чашкам.

Тимохин неожиданно ударил ладонью по подоконнику:

– Это вариант!

– Ты о чем? – удивленно спросил участковый.

Александр подошел к нему:

– Да, Михалыч, это самый оптимальный вариант.

– Что ты имеешь в виду?

– Погоди с расспросами. Твоя племянница сможет на некоторое время укрыть Татьяну в своей клинике, чтобы никто об этом не знал?

– Это у нее спросим, а что?

– Ничего! Я с ней сам поговорю, ты только познакомь нас.

– Без проблем! А почему укрыть? Валентина наверняка заберет в клинику Татьяну, где и поставит ее на ноги.

– Это хорошо.

– Что же еще?

– Потом объясню! И не только то, что касается жены. А сейчас давай попьем кофе!

– Что-то теперь я не пойму тебя, Саня!

– Поймешь, Михалыч. Всему свое время.

– Ну, ладно. Пьем кофе!

В 4.10 участковый встал из-за стола:

– Пора на улицу. Валентина должна скоро подъехать!

– Я с тобой! – сказал Александр. – Поговорим с ней во дворе. Я только в спальню загляну и выйду!

– Давай!

Тимохин прошел в комнату, где они с Татьяной были так счастливы.

– Уснула! Не мешай!

Татьяна действительно лежала не в углу, а посередине кровати, бережно накрытая Антониной Сергеевной легким одеялом. Она спала.

Тимохин так же шепнул:

– Я с Михалычем на улицу!

– Зачем?

– Он племянницу-врача по этой самой, психиатрии вызвал.

– На это я и рассчитывала.

– Ну, ладно, я ушел! Скоро заявимся.