Грей. Кристиан Грей о пятидесяти оттенках

Она знает, что ты здесь и пока еще жива.

Идя к столу, Ана робко улыбается.

– Садись, – говорю я и указываю на место, сервированное для нее. Увидев количество еды на столе, она хмурится и только усугубляет мое чувство вины. – Я не знал, что ты захочешь, поэтому взял на всякий случай несколько разных блюд из утреннего меню.

– Какое расточительство, – упрекает она.

– Да уж. – Вина меня так и захлестывает. Впрочем, увидев, как она тянется к блинчикам с кленовым сиропом и яичнице с беконом, я себя прощаю. Приятно видеть, что она ест.

– Чаю? – спрашиваю я.

– Да, пожалуйста, – говорит Ана, торопливо жуя. Изголодалась. Передаю ей чайничек с кипятком. Увидев пакетик чаю «Английский завтрак», она благодарно улыбается.

От ее улыбки у меня перехватывает дыхание.

– У тебя мокрые волосы, – замечаю я.

– Я не нашла фен, – смущенно бормочет Ана.

Она же простудится!

– Спасибо за чистую одежду, – добавляет она.

– Не за что. Этот цвет тебе к лицу. – Она смущенно разглядывает свои руки. – Знаешь, тебе бы следовало научиться принимать комплименты.

Похоже, она редко их слышит… Но почему? Она прекрасна неброской красотой.

– Я хочу отдать тебе деньги за одежду.

Что? Я пристально смотрю на нее, и Ана поспешно добавляет:

– Ты уже подарил мне книги, которые я, между прочим, не могу от тебя принять. Хотя бы за одежду позволь мне заплатить самой.

Ах ты, моя лапочка!

– Анастейша, поверь, я могу себе позволить…

– Не в этом дело. С какой стати ты будешь делать мне подарки?

– Мне не трудно. – Я очень богат, Ана.

– Это не основание, – тихо говорит она, и внезапно мне кажется, что она видит меня насквозь и знает все мои сокровенные желания. – Зачем ты прислал мне эти книги, Кристиан?

Потому что хотел увидеть тебя снова.

– Когда тебя едва не сбил велосипедист, я держал тебя, и ты смотрела на меня, словно говоря «поцелуй же меня, Кристиан». – Я умолкаю, переживая все заново. Она прижимается ко мне всем телом… Черт! Поспешно прогоняю воспоминание. – Я почувствовал, что должен извиниться и как-то тебя подбодрить.

– Зачем же бороться с собой? – шепчет она.

– Ты не знаешь, о чем говоришь.

– Ну, так просвети меня.

Слова мигом вызывают бурную реакцию у меня в паху. Ни хрена себе!

– Ты дал обет безбрачия? – спрашивает она.

– Нет, Анастейша, такого обета я не давал.