Горец-дикарь

У некоторых в глазах появилось решительное выражение, но оно быстро исчезло. Когда еще один из них упал с ножом в горле, весь их интерес к Лукасу полностью пропал. Теперь их стало волновать только одно – как можно быстрее выбраться отсюда живыми.

Все закончилось прежде, чем Лукас успел отогнать мутную пелену боли, что закрыла ему глаза, и разглядеть кипевшую вокруг него битву. Еще одному мужчине удалось взобраться на лошадь и ускакать вслед за Ранальдом. Двое вообще не стали сражаться, а бросили на землю мечи и сдались.

Остальные погибли, пытаясь добежать до своих коней."

"Когда Уильям со своим отрядом появились в доме, Лукас облегченно вздохнул. В какой-то момент, когда Ранальд истязал его, нанося многочисленные неглубокие порезы мечом, Лукас решил, что если ничто и никто не остановит его, то он так и умрет долгой и мучительной смертью. Хоть все его тело и болело, хоть он чувствовал себя так, как будто его разрезали на куски, а руки вырвали из плеч, Лукас понимал, что остался в живых.

А это была хорошая причина для ликования.

– Ох, ну и котлету он из тебя сделал, да? – сказал Уильям, с помощью Патрика разрезая веревку.

– Да, – согласился Лукас, когда его осторожно опустили на землю. – Мне кажется, я сейчас закричу.

– Я ужасно удивлен, что ты не закричал раньше. На тебе, наверное, осталась тысяча порезов.

– На самом деле я имел в виду то, что произойдете моими руками через мгновение.

– Нуда, конечно, – сморщившись, сказал Уильям.

Когда по онемевшим рукам Лукаса вновь побежала кровь, ему пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы не заплакать, как младенцу.

Его охватила такая боль, что он тут же забыл обо всех неглубоких, но саднящих порезах на теле. Лукас едва дышал и был весь в поту. Он сел и постарался успокоиться, медленно и глубоко вдыхая в себя воздух. Боль стала терпимой. Оглянувшись вокруг, Лукас увидел, что Уильям и его люди убрали все, что напоминало о битве и мучениях, которым его тут подвергли. Когда брат Кэтрин сел перед ним на корточки, Лукас смог изобразить слабую мимолетную, улыбку.

– Лучше себя чувствуешь? – спросил его Уильям.

– Да, теперь я не хочу перерезать себе горло, только чтобы больше не чувствовать эту боль, – ответил Лукас.

– Было так плохо?

– Еще хуже.

– Как тебе кажется, ты сможешь добраться до пещер? Боюсь, нам придется идти пешком. Мы не смогли поймать лошадей, на которых сюда прискакали паши враги. Ранальд распугал их, когда сбежал.