Глазастая, ушастая беда

– Но мы не можем это доказать, – мягко остановил ее муж, – у нас с тобой стабильное материальное положение, дом, квартира. Твои родители имели право распорядиться своим имуществом так, как считали нужным. На мой взгляд, оспаривать их последнюю волю не стоит, прими выбор отца и матери. У вас давно не было близких отношений.

– Ты прав, – согласилась Рита, – прости меня, я от злости голову потеряла. Но Ларка!

– А с ней что? – нахмурился муж.

Рита обрисовала ему положение, в котором оказалась подруга.

Владимир Орестович помолчал, потом сказал:

– Разреши задать тебе несколько вопросов.

– Да! – кивнула жена.

– Она считала тебя своей лучшей подругой?

Рите пришлось пробормотать:

– Нет.

– Лучшей была Ольга?

– Да, – после небольшого колебания согласилась супруга.

Далее беседа потекла, как по маслу.

– Ты советовала ей возобновить отношения с мужем?

– Нет.

– А рожать второго ребенка?

– Нет.

– Она спрашивала твое мнение на сей счет?

– Нет.

– В этом году она поздравила тебя с днем рождения или с каким-то еще праздником?

– Нет.

– Звонила, чтобы узнать, как у тебя идут дела?

– Нет.

Владимир Орестович погладил жену по голове."

"– Милая! Возможно, ты и считалась подругой Ларисы, но была на десятых ролях. Школьная пора миновала, сейчас у вас нет отношений. Ты не давала Ларе советов, поэтому не несешь ответственности за ее решения. Лариса была в тесной связи с Ольгой, к тебе она обращалась лишь тогда, когда ей были нужны деньги.

– Тату жалко, – призналась Маргарита, – хорошая девочка, умная, добрая.

– Ты ее рожала? – спросил муж.

– Нет, – пролепетала Рита.

– Значит, ты не несешь ответственности за нее, – подвел итог Владимир Орестович, – очень прошу исключить из нашей жизни Булкину и Гранкину. Признаюсь, они обе мне весьма неприятны.