Герцог. Книга 1. Формула геноцида (СИ)

А в Орктауне вам понравится настолько, что вы и про Сенар забудете, гарантирую.

— Это точно, — сказал Вердерс. — Я, например, доволен, что теперь здесь. Настолько, что не променял бы это место на Сенар.

— Вот видите? — я открыл дверцу фургона. — Вот вам подтверждение моих слов. А жаль, господин полковник очень бы пришелся ко двору в Королевской Страже.

— Здесь я нужнее. Уже уезжаете, милорд? — спросил полковник.

— Через пару часов, — я посмотрел на солнце. — Заеду в свой дом и пообедаю. Вам, кстати, рекомендую тоже.

Я покопался в фургоне и вынул квартовую бутылку с продуктом королевской винокурни — брат так же не бросил заниматься производством крепких напитков, только делал их уже под знаком короны.

— Лично от его величества, — подмигнул я Вердерсу.

— «Бертелани»? Спасибо, — аккуратно взял бутыль полковник. — Передайте ему мою благодарность.

Варрас стоял с открытым ртом — как же, какой-то полковник передает Его Величеству благодарность. Эх, не знает мастер, что тут пять лет назад творилось…

— Обязательно, Вердерс.

— Не извольте беспокоиться, Ваша Светлость! Обязательно.

— Вот и хорошо, — сказал я. — Успехов на новом месте, мастер!

Глава 9

Я вернулся домой в поместье на радость жене и дочери на полтора дня, если уж мерить по часам. Завтра опять придется побывать на Гравии, точнее, в Орктауне. Принять у мастера Варраса список пожеланий и отчет о проделанной работе. И тут, словно по заказу, нас пригласили в гости Сид и Ильга.

О самом застолье рассказывать нечего — попировали мы на славу до позднего вечера. А вот после застолья мы уединились c ним в сигарной — все-таки пристрастился он к этому зелью за время обитания в колониях. И, как водится у умных и не слишком трезвых аристо, разговор зашел о политике — о чем же еще?

— И все-таки, ты не прав, — Его Сиятельство граф Сиддиус ван Дендран нагнулся и помешал кочергой угли в камине.

— В чем же? — я сделал глоток кальвадоса производства винокурни Сида.

Тут, похоже, гнали все.

— Я не считаю, что эльфы сейчас готовы напасть, — он плюхнулся в кресло. — Лундия сейчас возродилась, мы сильны, как никогда.

— А ушастые нам не могут этого простить. И тоже сильны, — сказал я. — Они все это время копили силы.