Герцог в моей постели

Когда Брэй заметил слезы на глазах Луизы, ему нестерпимо захотелось прижать ее к себе, обнять, утешить, но он понимал, что в тот момент он был для Луизы человеком, объятий которого ей хотелось меньше всего. Впрочем, возможно, Брэй и обнял бы Луизу, несмотря и на это, однако они были в парке, на виду у множества людей. За свою репутацию Брэй не боялся, но поскольку это касалось и репутации Луизы…

«Почему меня так волнует, что подумает Луиза? – в сотый, должно быть, раз пришло на ум Брэю. – Почему я никак не могу выкинуть эту девушку из головы?»

Разумеется, Брэй сожалел о смерти Натана.

Но если бы он начал в тот момент говорить об этом Луизе, она бы просто не стала его слушать. Любые его слова она наверняка восприняла бы как неуклюжую попытку оправдаться за то, чему нет никакого разумного объяснения: за безумную выходку двух пьяных молодых идиотов, стоившую одному из них жизни.

Брэй понимал, что скорее всего рано или поздно Луиза захочет узнать от него малейшие детали того несчастного случая.

Но обязательно ли нужно было это делать после столь романтичной прогулки в парке? Зачем ей вдруг понадобилось портить так прекрасно начавшийся день?

Луиза сказала, что рассказанных Брэем подробностей ей вполне было достаточно, и Брэй надеялся, что она действительно удовлетворится его рассказом. И в самом деле, стоит ли описывать ей в красках зияющую рану, мольбы несчастного о помощи, в то время как он сам в глубине души наверняка понимал, что обречен? Брэй все это хорошо помнил – слишком хорошо, а Луизе это знать ни к чему.

Нужно ли рассказывать, что брат принял смерть не так уж и мужественно, стоная и плача, или о том, с каким трудом удалось Натану добиться от Брэя обещания жениться на его сестре? Станет ли ей легче, если она узнает, что Брэй дал Натану это обещание лишь потому, что вокруг столпилось около двух дюжин джентльменов, ожидавших и требовавших, от него этого?

– Что это ты подпираешь колонну, мой дорогой? – раздался вдруг над ухом Брэя насмешливый голос.

 – Уж не боишься ли, что без этого потолок упадет и придавит нас всех?

– Добрый вечер, мама! – откликнулся Брэй. – Ты сегодня отлично выглядишь!

– А ты сегодня явно какой-то мрачный, – проговорила герцогиня, обмахиваясь веером. – Таким грустным ты не был даже в день смерти отца! Могу я узнать, что тебя беспокоит?

– Разве я выгляжу мрачным?

– Родную мать не проведешь, я всегда вижу тебя насквозь.