Навязанная жена

Помимо неприятного осадка от прощания с Исельнир, его весь день глодало от непонятной неудовлетворенности. И чем дальше, тем эта неудовлетворенность больше обострялась. Не давало покоя то, что с утра жена так и не стала с ним разговаривать. Чем-то обижена?

Лорд Вульфрик тоже в беседе участия не принимал, бренчал на лютне, напевая вполголоса какой-то грустный мотив. А Хенрикс, который вообще был сторонником трезвого образа жизни, к этому времени уже удалился к себе.

Рагнер не выдержал:

— Вульф! Спой что-нибудь повеселее!

Тот рассмеялся, блеснув белыми зубами, и запел вполголоса:

«Налей,

Выпьем, ей богу,

Еще, Бетси, нам грогу,

Стакан последний в дорогу -

Бездельник, кто с нами не пьет!

Налей полней стаканы,

Кто врет, что мы, брат, пьяны?

Мы веселы просто, ей-Богу,

Ну кто так бессовестно врет?»

(Шотландская застольная)

Раскатистый смех Рагнера был ему ответом:

— Эй, Вульф! Последний в дорогу? Какого черта?!

— Ваше величество, — деликатно напомнил первый лорд.

Король Игерсхолда странно нахохлился и пробасил:

— Да, тут ты прав. Моя бывшая супруга, леди Бригит, все пилила, мол, надело терпеть твое пьянство. Трезвый — человек как человек, а как напьешься, так ревешь как медведь… — он развел руками. — Ну и вот. Все бросила и сбежала от меня в монастырь. Живи, говорит, без меня как хочешь, а я хоть отдохну от тебя в тишине.

Потом лицо его прояснилось, и он с гордостью добавил:

— Леди Бригит пишет философский трактат.

Дитерикс с Вульфриком переглянулись.

За философский трактат надо было выпить."

"Но после этого застолье как-то разладилось, и царственные собутыльники, наконец, разошлись. Рагнер направился в свои покои, оглашая коридоры замка медвежьем пением. Лорд Вульфрик сопроводил его и, едва дождавшись, чтобы тот завалился спать, незаметно выскользнул наружу. Ему давно не терпелось сделать обход замка.

А его величество Дитерикс, которого весь вечер, пока сидел за столом с кузеном, тянуло сходить к Мариг, побрел в свои холостяцкие северные покои.

Если она не хочет с ним разговаривать, он не станет навязываться.

Никогда, черт побери.

Король был твердо уверен, что идет к себе в северные покои…

* * *Для Мариг утро после праздничной ночи было полно сомнений и отрезвления. Отнестись к произошедшему легко она не могла, а поверить в сказку было слишком трудно.