Февральская сирень

— Леля, сейчас ты обойдешь здание и войдешь внутрь, — приказал Дмитрий. Это звучало именно как приказ. — Твоя задача — дождаться, пока все дети уйдут, и задержать эту гниду внутри. Одного.

— А как? — Лелька в недоумении взглянула на него."

"— Леля, включи мозг. Ты же деловая женщина, к тому же привлекательная. В свободное от убийства собак время этот гад проводит тренировки по карате. Скажешь ему, что ты бы очень хотела привести к нему в секцию сына. Что он ботаник из лицея, которому нужен мужской пригляд. Что тебе рассказывали, что это лучший тренер во всей вселенной.

В общем, придумай что-нибудь. Твоя задача — задержать его, пока все уйдут, и отвлечь его внимание от окна. А когда я появлюсь, ты должна будешь сделать еще одно дело. Видишь, там стул стоит. — Лелька кивнула. — Надо будет вставить его ножку в дверную ручку. Сможешь?

— Смогу. — Лелька засмеялась. — В своей школьной юности я проделывала это тыщу раз.

— Вот и прекрасно. Все, иди.

— А как ты собираешься туда попасть, да еще с Диком?

— В окно влезу.

— Ты его разобьешь? Народ же сбежится.

— Мадам, что у вас за бандитские наклонности! Я еще прошлой ночью штапики аккуратно вынул. Так что пока эта тощая горилла будет облизываться на твои аппетитные формы, я в лучшем виде выставлю стекло. Иди.

Снова утопая в снегу, Лелька послушно выбралась на дорожку и, обогнув здание, подошла к крыльцу. Выбегавшие на него шестнадцати-семнадцатилетние юноши были возбуждены совсем по-иному, чем те, которых она видела полчаса назад. Бушевавшая в них энергия была наполнена темной злой силой.

Эти парни были готовы убивать и испытывали удовольствие, предвкушая это убийство. Убийство ни в чем не повинных собак. Лелька вздрогнула и ускорила шаг.

Торопилась она не зря. Когда она вошла в зал, в нем уже никого не было, кроме тренера, который натягивал куртку из кожзаменителя, явно собираясь уходить. Приблизившись к нему, Лелька встала так, чтобы он повернулся спиной к окнам.

— У вас ко мне дело? — спросил он. — Я уже ухожу.

— Да, Игорь Валерьевич.

 — Она вовремя вспомнила имя, которое накануне вечером выяснила у Максима, и лучезарно улыбнулась, выставив вперед свою выдающуюся грудь, обтянутую тонким трикотажем умопомрачительно дорогой кофточки. «Все-таки правильно я оделась, и каблуки тут очень даже в тему», — невольно подумала она. Тренер тут же «повелся» и уставился в ее вырез, невольно сглотнув. Острый кадык дернулся на тощей, плохо выбритой шее, и к горлу Лельки тут же подступила тошнота.