Эта больная любовь

 — Я делаю вдох и продолжаю мягким, чувственным тоном. — Я представляла, как ты обрушиваешься на меня. Нежные руки, медленно исследующие…

Я закрываю глаза, когда из меня вырывается вздох. Моя рука поднимается к шее, пальцы пробираются между пуговицами униформы.

— Что еще? — быстро говорит он, подталкивая меня вперед, его бедра снова слегка двигаются подо мной.

— Я представляла себе эти пальцы. — Я открываю глаза, убирая руку с шеи, чтобы сжать запястье его блуждающей руки.

Притянув ее к себе, я соединяю наши ладони между собой, а его глаза следят за каждым моим движением.

— Эти сильные, большие руки блуждают там, где не должны. Прикасаются ко мне там, где меня учили не прикасаться, и заставляют мое тело оживать так, как я никогда не знала."

"Без предупреждения ладонь Сэйнта исчезает с моей, и он хватает меня за запястье. Его пальцы сжимаются вокруг меня с болезненной силой, а его жесткие глаза встречаются с моими. Я задыхаюсь от этого движения, и его ноздри раздуваются.

— Покажи мне, — требует он.

Мои брови приподнимаются от его слов, на лице написано удивление.

— Покажи мне, что ты делала, когда была одна и думала обо мне.

Он резко встает, заставляя меня задыхаться и прижиматься к его шее.

Похоже, он нашел свою лазейку. Свою сеть безопасности. Его путь к совершению этих сексуальных действий, которые, как нам сказал наш всемогущий Бог, непростительны до брака.

Он может смотреть на меня сколько угодно, но в его страховочной сетке есть дыра. Я обязательно обмотаю ее вокруг его лодыжки, чтобы затянуть его в глубины темного избавления, которому поддалась я.

50. Отче наш

Он не такой, как мы. Он такой же, как они.

Он такой же, как они.

Они.

Я повторяю это в голове снова и снова, пока Сэйнт несет меня по лестнице к моей кровати, аккуратно кладет на край, а сам устраивается на мягкой скамейке напротив меня. Не имея ни малейшего представления о том, где находится Эроу, я могу лишь предположить, что он где-то рядом и внимательно наблюдает за нами, готовый убить и меня, и Сэйнта, если план сорвется.