Эквей. Одна из пяти (СИ)

Прижав сумку к груди и так и не достав плед, я села в кресло, продолжая испуганно следить за раненым. С каждой минутой его состояние ухудшалось  - дыхание с хрипом вырывалось из лёгких, а пот стекал ручейками по лицу и телу. Но почему? Может передоз инъекций сказался, или раны открылись?  Господи, я не должна была позволять ему двигаться, это я во всём виновата.

- Алексия, расслабьтесь, всё самое страшное уже позади, - тихо произнёс Дерион и, потянувшись, слегка сжал мою руку.

- По твоему виду не скажешь. Ив Нариго, что случилось, ведь совсем недавно все его жизненные показатели были в относительной норме.

- Действие лекарства закончилось, и яд стал проникать в тело, - ответил тот.

Яд? ЯД!!! Почему мне никто не сказал, что горхи ядовиты. Я точно знаю, что нигде и никогда не видела информацию об этом. Меня вновь затрясло.

- Почему ты ничего не сказал?

- Ты в любом случае ничего не смогла бы сделать... Ты и так сильно отсрочила его действие, я вообще не должен был приходить в себя и умереть часа два назад.

Успокоил, ничего не скажешь.

- Но противоядие же есть.

Мне ответил Нариго:

- Есть, это целый комплекс лекарств и процедур. Нам нужно как можно быстрее оказаться в столице, нас уже ждут мобиль с врачами. Не переживайте, ива, мы успеем вовремя.

Успеем? А если нет? Думать об этом было страшно и больно.

И почему он ничего не сказал мне раньше? Почему даже не намекнул о яде, о том, что может погибнуть в любую минуту. А я дура уже расслабилась, думала, что опасность миновала, мечтала только согреться.

Я сжала руку мужчины и осторожно погладила, мы встретились взглядом.

- Всё будет хорошо, - Дерион слабо улыбнулся, всё еще пытаясь подбодрить меня.

А я продолжала сидеть, неотрывно глядя на него и сжимая руку, стараясь поддержать его всеми силами.

- Ты только держись, - шептали мои губы едва слышно. - Только держись.

Добрались до столицы мы минут за двадцать, но они стали для меня адом. Мне пришлось отпустить руку Дериона, потому что в какой-то момент его начали сводить судороги и Нариго боялся, что при новом приступе он мне её просто сломает. Я обхватила себя руками и тихо поскуливая, безотрывно смотрела, как беззвучно мучается тёмный. Его мышцы скручивало от боли, пот застилал глаза, а с губ срывалось шипение и стоны. В какой-то момент он просто потерял сознание.