Его секретарша

Распахнув окно настежь, швырнул находку куда-то в сторону мусорных баков."

"— Вы теперь меня уволите? — встала за его спиной я.

Босс повернулся ко мне. Он был так близко, что сердце снова заныло от неясной тоски.

— До тебя у меня в приемной работало три секретарши, — усмехнулся он. — Ни одной из них никто не дарил цветов. Никогда.

Что-то сжалось внутри. Вряд ли он меня оставит работать.

— Ладно, я… я поняла.

Отступила назад, к двери, намереваясь сбежать как можно скорее.

— Ничего ты не поняла, Маша, — покачал головой Облонский.

Подметив намечающийся побег, резко схватил меня за запястье и привлек к себе.

Я распахнула глаза от страха.

— Почему ты меня отвергаешь? — касаясь ладонью моей щеки, хрипло поинтересовался он. — Там, на озере… ты ведь была совсем другой. Что случилось сейчас?

Я молчала. От его близости, от запаха его туалетной воды, кружилась голова. Ноги отчего-то стали ватными, и все тело пронзила странная дрожь.

— Ты испугалась, да? Чего, скажи на милость?

Он искал ответ в моих глазах.

С нежностью касался подушечкой большого пальца моих губ, поглаживал плечи, спину, а я продолжала молчать. У меня не было ответа на его вопрос. Мысли мелькали — и тут же исчезали. Рядом с ним думать было невозможно. Все существо охватывала сладкая истома. И чем неистовее ласкали его руки, тем сильнее я тонула в горько-сладкой патоке.

— Я без тебя не могу… Совсем не могу, понимаешь? — обжигая губами мою шею, шептал Облонский.

А я… ощущала, как по коже летят восхитительные мурашки от его прикосновений, и тянулась ему навстречу.

Обвивала руками его шею, искала его губы, а потом, найдя их, бессовестно наслаждалась его поцелуями. Я хотела только одного — чтобы эти поцелуи, страстные, горячие, обжигающие — никогда не заканчивались.

— Я тебя больше не отпущу, — обхватив ладонями мое лицо, уверенно проговорил Облонский. — Хватит с меня этого детского садика. Ты — только моя, ясно? Никаких больше поклонников.

— Если не отпустите, в вашей жизни тоже больше не будет других женщин, — смело заглянула в его карие глаза я.

 — Никаких! Особенно покупных!

Не знаю, откуда во мне взялась смелость, но он скользнул взглядом по моим губам, усмехнулся и прижал меня к столу.

— Конечно, не будет… Зачем мне другие, если есть ты?

Его язык дерзко скользил по губам и жадно врывался в мой рот. Руки неистово ласкали спину и плечи, забирались под блузку и обжигали нежную кожу прикосновениями.

Все тело пронизывала сладкая истома.