Его нельзя любить. Сводные

Ян придирается и комментирует все, что видит. А если я останавливаюсь у манекена чуть дольше обычного, представляя, как то или иное платье смотрелось бы на мне, получаю кучу непрошеных советов и замечаний о том, что мне нравится исключительно какой-то прошлый век.

Под конец во мне трепещет лишь одно желание — стукнуть Гирша чем-нибудь, да посильнее. Мало его бьют. Серьезно!

— Все, просто молчи, — выставляю руку вперед, пока он складывает в машину многочисленные пакеты. — Я уже сегодня вдоволь наслушалась про свой вкус.

— Так если у тебя его нет?!

Ян закрывает багажник и садится за руль. Попрыгав на месте от досады, я выдыхаю и забираюсь на пассажирское сиденье.

Мой телефон по-прежнему валяется в бардачке. Я не общалась с мамой и бабушкой уже больше двух суток, такое в моей жизни впервые. Стоит чуть крепче об этом задуматься, и меня накрывает чувством вины. Все же я плохая дочь и внучка.

Отворачиваюсь к окну, рассматривая пролетающие перед глазами пейзажи. Ян врубил музыку так громко, что мозги вот-вот треснут.

Убавляю, получая за это его недовольный взгляд.

— Голова болит. — Беру с заднего сиденья бутылку воды.

После походов по магазинам на мне длинная белая юбка и такой же белоснежный топ. Длину юбки определяли исключительно пораненные колени.

Мы уже сворачиваем в сторону дороги, что идет к дому Иры, когда Яну звонит Денис.

— Я на громкой, — сообщает Гирш.

— У нас гости. Охранник твой приперся.

— Когда?

— Только тачка подъехала.

— Я тебя понял. На созвоне."

"Ян резко разворачивает машину. Теперь мы мчимся в противоположную сторону. Сразу после разговора с Денисом он просит меня выбросить сим-карту и выключить его телефон.

— Что теперь делать?

— Что-нибудь придумаем.

Ян подмигивает и увеличивает скорость. Вскоре мы снова оказываемся на протяженной трассе.

Глава 17

Ян

— Приятного отдыха.

Парень, что нас заселял, прикрывает книгой камеру на стойке рецепции и засовывает себе в карман деньги, что я дал сверху, чтобы избежать его просьбы предоставить паспорта.

— Ага, — киваю и сгребаю со стойки ключи. Они бренчат в руке, пока мы идем по узкому коридору.

Первый этаж. Восьмой номер.

Распахиваю дверь, мельком замечая свое перекошенное лицо в отражении такого же компактного, как и все здесь, зеркала.

Комната недотягивает даже до двойки по моим стандартам. Но сегодня было бы рискованно селиться в нормальном отеле по документам и без них.