Его нельзя любить. Сводные

2

— Пока не понимаю, о чем ты, но, если расскажешь поподробнее, обязательно отвечу, — Ян делает паузу, а потом говорит уже тише: — Может, сюжет переписать? Вот эту ветку. Прости, это не тебе, Ника.

Слышу, как хлопает дверь, и вместо голосов на заднем плане появляется шум машин.

— Ты на работе? — моргаю, всматриваясь в арку ярко-красных качелей у нас во дворе.

— И да, и нет. Так чего я там добиваюсь?

— Это я у тебя спросить хотела. Меня уволили.

Ян щелкает зажигалкой. Вдыхает дым. Я все это слышу и представляю, как он делает это в реальности.

Поджимаю губы. Снова несет. Снова напоминаю себе, что это алкоголь.

— По твоей логике, видимо, это сделали по моей указке.

— А разве нет? Сначала отстранили, теперь вообще уволили.

Слышу его усмешку. Она злит, но я тушу в себе этот огонь ярости. Проглатываю собственную злость, крепко хватаясь за балконные перила.

— Ну, начнем с того, что отстранил тебя твой же Шамаев.

— Макс? — делаю огромный глоток вина, поджимая под себя ноги. Ерзаю. Усидчивость слетает моментально.

— Ты, кстати, не первая такая. Касательно остального у меня сейчас нет времени это обсуждать. Как ты сама слышала, я работаю. Если хочешь, приезжай. Адрес я скину.

Хочу завопить что-то из разряда: «Да за кого ты меня принимаешь? Я никогда к тебе не поеду», но по итогу только открываю рот, а в трубке уже повисают гудки.

Он отключился. Вот так, просто взял и сбросил звонок.

Пару секунд, не веря в происходящее, смотрю на черный экран телефона. На который, кстати, упало сообщение с адресом.

Разбежался. Никуда я не поеду. Ни за что. Никогда!

Закидываю в рот ломтик сыра и включаю музыку. Выплескиваю всю свою злость и безысходность в танцы. Скачу как коза перед зеркалом под музыку в трусах и лифчике. Подпеваю. Нет, ору, абсолютно не попадая в ноты.

А вот когда в бутылке остается вина буквально еще на полтора бокала, мои приоритеты меняются.

Собираю растрепанные волосы в пучок перед зеркалом в ванной и крашу губы ярко-красной помадой.

В меня вселяется дьяволица, именно она вытаскивает из шкафа алое платье-комбинацию с максимально неприличным разрезом по бедру. Она же натягивает на ноги босоножки на шпильке, крутится перед зеркалом, виляя задом, и очаровывается собой.

Восемь вечера. Смотрю на время и поражаюсь тому, как быстро оно пролетело.

Душа требует развлечений. Бар, ресторан, караоке.