На крыльях

– Кто-то звонит, – прошептала я, сглотнув.

– Катька, не открывай! – почти взмолилась Нина. И я, бросив телефон на кровать, понеслась в прихожую, обогнав Алексея и перегородив ему проход к двери.

– Ты чего? – удивился дядя.

– Не открывай! – велела я.

– Почему? – еще больше изумился он.

Звонок повторился.

– Потому что там фанатки Антона, – сказала я дрожащим голосом.

– Что-о-о? – изумился Леша. – А как они твой адрес узнали-то?

– Кто-то в сети слил информацию обо мне, – ответила я.

Алексей удивленно поднял брови.

– Даже так? Отойди, я в глазок гляну, – решительно направился к двери дядя, отодвигая меня в сторону. И тотчас открыл дверь, напугав меня. Я уже думала, что сейчас с лестничной площадки в квартиру ввалится добрый десяток воинственно настроенных фанаток музыки «На краю», однако за дверью оказался Томас, который в столь поздний час возвращался из мастерской и забыл ключи.

– Как-то вы долго, – укоризненно произнес он."

"– А мы тебе не дворецкие, – огрызнулся Алексей, выглядывая на площадку и осматриваясь – наверное, хотел убедиться, что поклонниц Кея там нет.

– Что это с ним, дочь? – спросил Томас, разуваясь. – Боится мести очередной брошенной женщины?

– Ха! – воскликнул дядя. – Для художника ты слишком узко мыслишь, брат мой. Охота началась не за мной. За нашей Катькой. Откуда-то узнали, что она – подруга Антона, а заодно и адрес. Верно?

Я обреченно кивнула.

– Занятно, – удивился Томас. – Во дворе я видел подозрительную девичью компанию. Очень громкую.

Я, кажется, позеленела. Алексей бросился к окну, пытаясь отыскать фанаток Антона. Я, совсем забыв о висящей на проводе Нинке, – следом за ним. Никого мы, правда, не заметили, зато разбудили Киру, которую ввели в курс дела, и она тотчас полезла искать информацию о сливе – и быстро нашла. Кира читала, и глаза ее становились все круглее и круглее.

– Я тебе не завидую, – только и сказала она.

Фанатки Кея – надо признать, далеко, конечно, не все, были настроены по отношению ко мне весьма агрессивно. Девушка их любимого Кея была им как кость в горле. Меня обзывали, проклинали и ненавидели. Завидовали и хотели стереть в порошок. Мечтали найти и сделать из меня отбивную.

В эти сумасшедшие сутки я сполна познала всю силу фанатской любви к их рок-кумиру, вернее, ее обратную сторону.